— Нет. Просто это скандал. Неважно, самоубийство или нет, — это скандал, пятно на моем имени. А он собирался возобновить мой контракт. Причем на более выгодных условиях. Они будут рекламировать новый шампунь, мой шампунь. Они хотели назвать его «Златовласка»! — причитала она. — Отсутствие Джеффри означает, что он передумал. Он не желает, чтобы его компания была связана со мной. Проклятый Поли!

И тут она запнулась, потрясенная собственными словами и посмотрела сначала на меня, а потом на застывшее лицо Тодда.

— Я не это хотела сказать. Я только хотела сказать, как мне его не хватает! Если б он был жив. Он был так ласков со мной, когда я провалилась в этой дурацкой пьесе. Так ласков… — Она обратилась к Тодду. — Тодд, ты такой умный, скажи, что делать. Мне необходим новый контракт. Эта неудача на Бродвее очень повредила мне. Ты же знаешь, каковы люди. Стоит тебе слегка оступиться — и они уже отвернулись от тебя. Они думают, будто твоя неудача может запятнать их.

Тодд на секунду задумался и предложил объявить неделю Сюзанны в Галерее Кинга, чтобы во всех центрах устроили продажу ее фирменных товаров и особое внимание уделили рекламе нового шампуня. Можно провести дополнительные рекламные шоу, в которых периодически будет появляться сама Сюзанна на фоне танцующих «златовласок». Это лишний раз укрепит позиции компании «Дюрель». В Галерею Кинга постоянно обращались различные компании с просьбой организовать рекламную продажу их товаров, но торговым залам было просто не под силу удовлетворить пожелания такого количества заказчиков.

Сюзанна радостно обняла Тодда.

— Какой ты молодец, Тодд! Это будет очень много для меня значить. Но удастся ли таким образом полностью изменить?..

Тодд облизнул губы, как будто они у него пересохли.

— Ты можешь сделать еще одну вещь. Даже странно, что ты сама до этого не додумалась. Очень старый прием.

— Какой? — с нетерпением спросила Сюзанна.

— Ты спала когда-нибудь с Дюрелем?

Сюзанна покраснела.

— Я…

Она взглянула на меня. Она призналась мне в этом, когда мы в последний раз были в Нью-Йорке. И сказать сейчас «нет», она не могла.

— Иногда… Крайне редко.

— Тогда поторопись сделать это снова, — брякнул Тодд. — А потом скажи ему, что беременна. Многие мужчины в таких случаях не могут отвертеться. И предупреди, что собираешься доносить ребенка.

Я не могла поверить своим ушам. Он что — шутит? Да нет, не похоже.

Сюзанна вспыхнула, смущенно улыбнулась и опустила глаза.

— Тогда ему придется развестись с женой.

Мы собирались улететь в Акрон ранним утром. Сейчас мы мрачно глядели в воды фонтана у «Плазы». Сегодня ни ему, ни мне не хотелось туда нырять, тем более что весь день меня мучила тянущая боль в области матки.

— Если ей удастся увести Дюреля от жены, в этом будем виноваты мы, и наши руки в крови, — с горечью произнесла я.

— Знаю, — вздохнул он. — Не могу себе простить. Но я не думал, я понятия не имел, что Дюрель женат. А ты?

— Я тоже… Не припомню, чтобы она когда-нибудь… — И тут я почувствовала резкую боль. Потом еще. И тогда я поняла, что это за боль. Выкидыш! Боже, помоги нам! Тодд! Не руки у нас в крови: она течет по моим ногам! Я повернулась к мужу. — Кажется, у меня сейчас будет выкидыш… — И разрыдалась. — Но я же не виновата. Я не позволяла себе ничего такого, что мне нельзя…

Сюзанна приехала ко мне в больницу.

— Ах, Баффи! Я чувствую себя такой виноватой, — причитала она.