|
Я пришел учиться. Привратник побежал к строению, затерянному среди цветущих абрикосовых и вишневых деревьев, затем быстро вернулся и сделал знак следовать за ним. Себастьяна встретил какой-то мужчина с бледным лицом, с иссиня-черной бородой. Он пригласил графа сесть напротив и долго разглядывал, не произнося ни слова. Себастьян выдержал этот взгляд. Наконец дервиш покачал головой и позвал другого. Тот заявил по-французски, практически без акцента: — Мне сказали, ты хочешь учиться. Тогда начни с изучения нашего языка. Немые не преподают глухим. Твоим учителем стану я. Я выучил французский у торговцев из Салоник. Приходи завтра утром и спроси Али ибн Мохамеда эль-Хуссейна. Назавтра Себастьян пришел, как было велено. Ему подали чай, и первый урок начался; он закончился лишь в сумерках. Тогда только графу было разрешено удалиться. Сен-Жермен протянул серебряную монету своему учителю, но тот покачал головой. — Знание бесценно. Лишь презренные души заставляют за него платить. И так продолжалось три месяца, каждый день, кроме пятницы. По вечерам Себастьян возвращался в караван-сарай, и ожидавший его весь день Франц смотрел на хозяина, не в силах скрыть удивление. На этот раз благодаря тому, что занятия продолжались по восемь часов, Себастьяну действительно удалось овладеть началами грамматики, чтения и письма. Раза два или три тот самый человек, что в первый раз смотрел на него в молчании, приходил на занятия удостовериться, какие успехи делает ученик. — Этот человек будет твоим учителем, — сказал Себастьяну Али ибн Мохамед эль-Хуссейн. — Его имя Тахид Абу Бакр, и это один из наших самых просвещенных и образованных учителей. Большое счастье для тебя, что он согласился тебя оставить. Много людей приходили сюда, как и ты, просить знания. Учитель не принял их. Но когда он согласится взять тебя своим учеником, тебе придется жить здесь, и жить по нашим законам. Наконец этот день наступил. Тахид Абу Бакр появился в самом конце урока и сообщил: — Ты уже заговорил на нашем языке, твои уши для него открыты. Настала пора оплодотворить твой ум. С завтрашнего дня ты будешь жить здесь и подчиняться нашим порядкам. Сильным духом соблюдать их легко, а слабым — тяжело. Наш девиз прост: слушай, прежде чем думать, и думай, прежде чем говорить. Неосторожное слово подобно палке, которой неловкий человек наносит удары. Мы живем, согласовываясь с движением солнца, и едим лишь раз в день. Из напитков предпочтительнее вода и чай, но мы не отвергаем и вина, ибо оно облегчает душу от ее тягот. Себастьян полагал, что знает довольно много, однако сказал, что ничего не знает, чтобы признать очевидное: щедрость тех, кто принимал его, была подобна плодам Эдема; они даются лишь в обмен на любезность и учтивость. — И последнее, — предупредил Тахид Абу Бакр, — выбери имя, которое подошло бы нам. Никто не спрашивает твоего настоящего имени, ведь здесь ты рождаешься заново. Себастьян согласился и выбрал имя Хилал, что означает «полумесяц», или «новая луна»; этот его выбор вызвал первую улыбку на губах учителя. — Хорошо, — произнес он, — ты дождешься полнолуния. Себастьяну предоставили келью, в которой был лишь матрас на полу, кувшин с водой и одеяло, которое пришлось делить с другим новичком, молодым человеком с пылающим взглядом и чудовищными манерами. |
