|
Они объединяются вокруг нас, графа Фридриха фон Флейшбейна и меня, иногда к нам присоединяется маркиз де Лангальри… Приезжайте в Берлебург, вы сможете присутствовать на собрании внутренних душ,[35] — сказал пастор, наклонившись к Себастьяну. Внутренние души. Интересно, бывают ли внешние души? — Но ваши речи, как мне кажется, исполнены самого большого христианского благочестия, святой отец. Отчего же церковь вас преследует? — спросил Себастьян. Собеседник пожал плечами. — Свет… — просто сказал он. — Их пугает свет. Им нужны лишь покорные. Казалось, беседа его истощила. Себастьян решил, что самое время откланяться. — Не хотелось бы отнимать у вас слишком много времени, — произнес он, поднимаясь. — Вы и так его потратили на беседу с чужаком… — Нет, ничего, ничего, — вздохнул Дютуа-Мембрини с улыбкой. — Знаете, моя болезнь — первое из уготованных мне испытаний. Будут и другие… Он тоже поднялся с видимым усилием, подошел к письменному столу и взял оттуда толстую брошюру, озаглавленную «Божественная философия». Себастьян горячо поблагодарил собеседника и ушел. В самом деле, размышлял Сен-Жермен на пути домой, инквизиция опасна даже для самих христиан![36] Поскольку вечер был очень теплым, Себастьян решил после ужина немного прогуляться по берегу озера. Сзади, на расстоянии нескольких шагов, его сопровождал Франц. Факелы, расставленные в беспорядке вдоль берега, отбрасывали в воду световые блики, освещая силуэты других гуляющих и влюбленные парочки. Внезапно трое мужчин, ускорив шаги, настигли Себастьяна и окружили полукольцом. Они выглядели вполне благообразно, однако их поведение не оставляло сомнений относительно их намерений. Один из них, круглолицый, толстощекий, с живописной рыжей бородой, встал прямо на пути Себастьяна. — Сен-Жермен? Извольте следовать за нами. — Но… Человек приставил к его груди пистолет. — При малейшем сопротивлении буду стрелять. Никто о вас не пожалеет. С желчной усмешкой незнакомец кивнул в сторону озера: — Вы хотите обрести здесь свое последнее пристанище? — Что вам угодно? — Следуйте за нами. Мужчины препроводили Себастьяна к закрытой со всех сторон карете, которая ждала их в нескольких шагах отсюда. Судя по всему, это не были обычные грабители. Но тогда кто же? Себастьяну показалось странным, что Франц не заметил этой сцены и не пришел хозяину на помощь. Он, очевидно, решил, что опасно выступать вдвоем против троих. Себастьян поднялся в карету. Она катилась недолго; всего через четверть часа экипаж остановился возле приземистого дома, рядом с которым стоял крытый сарай. По движению кареты Себастьян сделал вывод, что они едут вверх по склону; стало быть, они сейчас находились на уровне Лозанны, среди виноградников. А дом, без сомнения, — это ферма. Неужели это последнее пристанище в его жизни? 33. ПИСТОЛЕТ КАК ПОСЛЕДНИЙ АРГУМЕНТ В ФИЛОСОФСКОЙ БЕСЕДЕ Все четверо вышли из кареты. Бородач направился к дому, отпер ворота. |
