|
Слуга схватил бородача за воротник и нанес ему сильнейший удар кулаком в лицо, уже и без того залитое кровью. Человек потерял равновесие и упал. Едва придя в себя, бородач пополз на карачках прочь от горящего дома, кашляя, задыхаясь, издавая жалкие стоны. Франц, охваченный лютой яростью, приподнял мерзавца и нанес ему еще один удар кулаком. — Хватит, — приказал Себастьян. Он наклонился к шефу этой тайной полиции: — Теперь моя очередь, каналья, спрашивать, кто вас послал! Бородач вытаращил налитые ужасом глаза и ничего не ответил. В этот момент запылала крыша дома, и с оглушительным грохотом обрушилась вся стена. Шагах в двадцати от дома летали искры. Запряженные в карету лошади ржали от страха и рвали упряжь. — Кто? — настаивал Себастьян, приставив пистолет к голове бородача. Тот дрожал от ужаса. Себастьян влепил ему пощечину. — Кто, гнусный подонок? Если ты не заговоришь, придется связать тебя, как курицу, и бросить прямо в адский огонь. — Епископ, — выдавил из себя поверженный противник. — Поблагодарите его от моего имени за пистолет, — сказал Себастьян, засовывая оружие за пояс. — И еще предупредите его, что я тоже умею раздувать угли. Себастьян с Францем, который по-прежнему сжимал в руке хлыст, медленно спустились по склону, оставив за спиной трех корчившихся на земле противников. Они обернулись лишь один раз, чтобы посмотреть на пожар, полыхающий на фоне ночного неба, которое казалось особенно зловещим, подсвеченное языками пламени; картина походила на адское видение. Они заметили бородача, который втаскивал в карету одного из своих подручных. Это тоже было им на руку: мерзавцы предупредят своих хозяев, что граф де Сен-Жермен отнюдь не из тех, кого легко можно напугать. — Не бойся, можешь смотреть, — сказал Францу Себастьян. — Ни ты, ни я не превратимся в соляные столпы. — Но каким чертом ты там оказался? — воскликнул Себастьян, когда они с Францем добрались наконец до дома. Поскольку глотки их пересохли от дыма и волнения, они по возвращении выпили каждый по целому кувшину воды из фильтровальной бочки, запасы которой Себастьян велел пополнять ежедневно. — Когда я увидел, что эти трое вас окружают, я тут же заподозрил, что дело нечисто. Потом я заметил в руках у бородатого пистолет и сказал себе: ага, сейчас вмешиваться не имеет смысла, не то мы с вами живо получим по пуле. Я прокрался за вами до самой кареты и пристроился на запятках, держась за подножку. Было темно, и никто ничего не заметил. Как только карета замедлила ход, я спрыгнул на землю и спрятался, а сам все думал, как вас выручить. Когда я увидел сарай, то решил, что там, наверное, полно сена, потому что уже конец осени. И не ошибся. Я был уверен, что пожар заставит этих бандитов выскочить из дома. И тогда я смогу прийти вам на помощь, я ведь знал, сударь, что вам только знак подай, вы поймете, как управиться. — Да ты настоящий дьявол, — засмеялся Себастьян. — Не знаю, что бы я делал без тебя. Эти типы уже собирались пытать меня огнем, чтобы я отвечал на их вопросы. Возможно, сейчас я бы уже лежал где-то на дне озера. — А я-то как перепугался, сударь! Что бы тогда стало со мной? Я бы потерял такого учителя, которого мне и за тысячу лет не сыскать. — Благодарю за комплимент, — улыбнулся Себастьян. |
