— Хорошо, ма.

— Я не помешаю твоей личной жизни? Ты не собирался на какое-нибудь свидание?

— Ты же меня знаешь, ма. Меня поймает только очень расторопная девушка, — рассмеялся он.

— Нет, серьезно. Все мы надеемся встретить хорошего человека. Я не хочу тебе мешать.

— Ты не мешаешь, ма. Никогда не мешала. Может, я не из тех парней, с кем девушки хотят оставаться надолго.

— Ну, это мы посмотрим, — сказала Хилари.

— Ади, нам нужно что-нибудь сделать к Клариному приему? — спросила Линда.

— А что мы можем сделать? — задумалась Ади.

— Ну, как-то поддержать ее. Для нее это жутко важно, как я выяснила на собственной шкуре.

— Распродажу пирожных она тебе простила.

— Знаю. Просто я хочу как-то помочь. Может, мы с тобой поработаем у них официантками? Сэкономим ей денег?

— Давай ее спросим, — сказала Ади.

Клара отказалась от предложения дочерей. Она поблагодарила их, но объяснила, что будет слишком нервной и раздраженной.

— Боюсь, что предстану перед вами не в лучшей форме, — извинилась она.

— Но мы и не видим тебя никогда “в лучшей форме”, — сказала Линда, возможно, чересчур искренне. — В том смысле, что ты вечно сходишь с ума и бесишься по пустякам, но это ничего, мы привыкли.

Что-то в лице матери заставило ее поспешно добавить:

— В смысле, мы, конечно, тоже не идеальны. Вот Ади — плакса, и с головой у нее не в порядке, а я… ну, а я бываю такая бестолковая.

Положение не то чтобы было полностью исправлено, как надеялась Линда. Но, слава богу, Клара не обиделась. На самом деле, похоже, самокритичность Линды тронула и удивила ее.

— Спасибо вам огромное за предложение помощи, девочки. Если в ближайшее время что-то появится, я к вам обращусь, — заверила она. — Но вообще-то у меня помощники в очередь стоят.

Разумеется, без Хилари весь проект давно погиб бы, но об этом Клара сознательно умолчала. Очень важно, чтобы Линда не узнала, насколько тесная дружба связывает Клару с Хилари.

В день приема все в клинике были сами не свои от волнения. В одном углу кабинета Лавандер выставили столы для вина, прохладительных напитков и кофе, а в другом — еще один стол для еды. Вдоль стены в ряд стояли стулья на случай, если кому-то нужно будет присесть. Все двери были распахнуты. Оборудование Джонни старательно убрали подальше, но схемы, диаграммы и расписание тренировок развесили по стенам у всех на виду. Процедурные кабинеты превратились в удобные гардеробные с вешалками для пальто. Две девушки из соседней школы будут принимать одежду и выдавать гостям цветные номерки.

Желающих поработать на приеме оказалось огромное количество: прошел слух, что среди гостей будут две поп-звезды, известный актер и несколько популярных телеведущих.

Также пригласили всех пациентов и сотрудников.

— Что нам придется делать? — подозрительно спросила миссис Рейли.

Все знали, что будет делать миссис Рейли. Она примется рассказывать, что состояние ее сердца улучшилось исключительно благодаря личному вмешательству какого-то святого, и раздавать листовки о целительных силах указанного святого. Клинике не достанется ни слова похвалы. Но нельзя же попросить миссис Рейли остаться дома. К счастью, она сама решила, что на вечер приема у нее есть дела поважнее.

— Должно быть, Пресвятая Матерь объяснила Господу Нашему, что миссис Рейли лучше не приходить в клинику, — весело сказала Аня.

Клара и Хилари переглянулись. Они частенько шутили, что чудесные набожные поляки, приехавшие в Ирландию, оказали всем огромную услугу: на их фоне ирландский католицизм выглядит современным и либеральным.