Эту ауру было невозможно спутать ни с чьей другой.

Передо мной, мило улыбаясь, сидел Одержимый.

Глава 20

— Но как? — я с недоумением посмотрел на мужчину.

— Что как? — улыбнулся… Ворон.

— Как вы сумели удержать свою ауру под контролем?

— А, ты об этом, — усмехнулся мужчина и почесал подбородок покрытой татуировками рукой. — Ну ты же как-то смог.

— У меня под рукой была стела и несколько воинских рангов, — не согласился я. — У вас же…

Я замолчал, пораженный пришедшей в голову мыслей.

Все эти уведомления в капсулах — это точно работа стелы, но она по идее находится под контролем администрации. Неужели есть вторая?

Если да, то становится понятным, почему Медведь и не думает выбираться из острога. Да и остальных влиятельных заключенных здесь как будто бы что-то держит…

— Вторая стела? — протянул я. — А Медведь её хранитель?

— Какой умный молодой человек, — Ворон улыбнулся ещё шире. — Что ещё расскажешь?

— Вы меня как будто бы ждали, — нахмурился я.

Вообще, поведение Ворона сбивало с толку.

Если бы не убор из птичьих перьев и не забитая татуировками левая рука, я бы ни в жизнь не задержал на нем взгляда.

Неприметный, насквозь обычный, незапоминающийся.

Типичное лицо, серые глаза, серая арестантская роба. Единственное, что бросалось в глаза помимо головного убора и татуировок были… выглядывающие из рукавов… наручи.

— Ждал, — согласился Ворон. — Долго ждал.

— Вы с Лешим заодно? — осторожно уточнил я.

— Меня не волнуют княжеские игры, — пожал плечами мужчина. — Хотя, стоит признать, что сама идея не лишена некой оригинальности. Если у него получится задуманное, то восточники долго себе будут локти кусать.

— Почему не западники? — машинально уточнил я, так как понял, что во всех внешнеполитических отношениях фигурировали не только восточники, но и западники. Ну и Север, конечно же.

— Западники своего никогда не упустят, — усмехнулся Ворон.

— А северяне?

— Сложно сказать, — Ворон правильно понял мой вопрос. — Скажем так, сейчас они как никогда сильны. Единственное, что их сдерживает — княжеские Маги. Особенно огневики.

— Так вот почему напали на Пылаева! — на меня снизошло очередное озарение.

— Что, убили очередного высокорангового Мага? — усмехнулся Ворон.

— Моего одноклассника, — неохотно ответил я. — В стенах гимназии.

После моих слов в помещении воцарилась тишина, а Ворон гневно нахмурился.

— Они там что, — мужчина мрачно кивнул куда-то вверх и вправо. — Совсем Честь потеряли?

— О, — я покачал головой. — Это вы ещё не знаете про одаренных детей, которых похищали отряды северян. Про гильдейских и вовсе молчу. Один из них активировал накопитель, из-за чего заставу захлестнула песчаная Волна. Про сломанные УГи я и вовсе молчу…

Ворон слушал меня внимательно, но с каждым сказанным словом мрачнел всё больше.

Стоило мне замолчать, он покачал головой и вздохнул.

— Вот скажи, Михаил… Стоит ли на протяжении десятилетий защищать этот мир от чужаков, чтобы потом узнать, что те, кого ты защищаешь, сами прекрасно справляются с истреблением себе подобных?

— Вы про северян или…?

— Нет, конечно.