Там было море книг. Все стены были заставлены ими, от пола до потолка. От такого богатства глаза разбегались. Я проглотила все свои замечания и постаралась сделать вид, что не слишком глазею на это великолепие. Сначала надо было решить текущие вопросы. А после… я возмечтала поселиться в этой комнате хотя бы на недельку.

— Так что насчет Александра? — спросила я, усевшись на любезно поданный мужем стул. Сам он ходил по кабинету и молчал, подбирая слова и явно не зная, с чего начать.

— Он мой племянник.

От этих слов мне стало чуточку легче. Просто по батюшке знала — образ любимой женщины плохо выходил у мужчин из головы, и бороться за Финиста с призраком первой жены (или с ней же реальной) мне не хотелось.

— Почему тогда он называет тебя папой?

— Помнишь, когда мы принимали роды у Марфы, я сказал, что без твоей помощи мог спасти или ребенка, или женщину? Так вот, тогда шептуньи рядом не было. Сестра умерла у меня на руках, истекая кровью, а я ничем не мог помочь.

Он отвернулся и так резко ударил по столу, что тот затрещал.

— Она вытребовала у меня обещание, что я спасу ребенка любой ценой. Я дал магическую клятву, ослушаться которую не могу. Я спас Ала и стал заботиться о нем, как о сыне.

— А его родной отец? Он знает о нём?

— Да, — Финист криво усмехнулся.

— Кто он? Почему не взял ребенка к себе?

— Тебе не понравится то, что ты услышишь.

— Мне уже многое не нравится, — но я не стала уточнять, что именно имела в виду. То, что Финист утаил от меня наличие ребенка, или сам дом, напоминающий казарму.

— У него за ухом татуировка в виде лилии.

Я выругалась. Мачеха бы в обморок упала, услышь от меня такие слова, а батюшка выпорол бы, не посмотрел на возраст. Но сдержаться я не смогла. Королевский отпрыск. Бастард. Это сулило столько проблем!

— Вот поэтому я не хотел говорить, — Финист помрачнел и отошел к окну, глядя на улицу. Горели редкие фонари, изредка слышался лай собак. Город спал. — Это моя проблема, и я с ней разберусь. Отдавать им своего сына я не намерен.

— Нет, Финист. Это наша проблема, и разбираться с ней мы будем вместе. Потому что теперь Александр и мой сын, — я упрямо посмотрела на мужа, ожидая возражений, и ахнула от удивления, когда он подхватил меня на руки и закружил по комнате.

— Что ты делаешь? Поставь меня на место! — воскликнула я, испытывая целую гамму чувств, начиная от радости из-за того, что меня носили на руках, до смущения из-за собственного веса. Признаться, я всерьез боялась, что Финист меня не удержит, и мы рухнем на пол. Но у мужа даже дыхание не сбилось. Откуда в нём только сила бралась?

— Лада, ты настоящее чудо! — объявил он, быстро целуя меня в губы, и я вспыхнула до корней волос, вырываясь ещё сильнее. — Всё, отпускаю, только не пинайся.

Он поставил меня на пол, но не отошёл, а стал поправлять мою косу и сбившееся платье. За этим действием нас и застал Кощей, заглянувший в кабинет в поисках пропавшего сына и невестки.

— Простите, что помешал, — свёкор вышел, прикрыв за собой дверь, и уже из коридора поинтересовался. — Правильно я понимаю, что покои вам готовить одни на двоих?

— Да!

— Нет!

Мы это выпалили с Финистом одновременно, и муж удивленно посмотрел на меня. Я почувствовала, что сравнялась цветом с помидором.

— Я мешал тебе спать эти два дня? — слегка обиженным шёпотом поинтересовался Финист, «незаметно» опуская руку мне на талию.