Я покачала головой, отступая от него к столу.

— Не в том дело. Мы же сказали Александру, что я его няня. Давай не будем раньше времени говорить ребенку, что поженились. Пусть он сначала ко мне привыкнет.

— Я не против. Но как это связано с тем, что ты собираешься спать отдельно?

— А ты что, спал вместе со всеми его нянями? — парировала я, и у Финиста округлились глаза, а со стороны закрытой двери раздался отчётливый смешок. Похоже, Кощей нас прекрасно слышал.

— Это была неудачная шутка, — заметил муж, делая ко мне шаг. Я поспешно огородилась столом.

— Вообще-то, это был вопрос. Ответ на который я, как законная жена, имею право услышать!

— Сначала определись, жена ты или няня! — сердито воскликнул Финист, догнав меня в один прыжок и прижимая к столешнице. Сердце предательски затрепетало, а ноги ослабли. Ну почему он на меня так действует?..

— Дети, время идет! Или вы останетесь в кабинете до утра? — снова раздался голос Кощея, и Финист раздосадовано оглянулся на закрытую дверь.

А я упрямо поджала губы, так как своего решения менять не собиралась. Не хотела бороться с Алом за любовь Финиста. Ведь мальчик, выросший под опекой отца, вполне мог посчитать меня помехой. Я отлично помнила, как тяжело перенесла второй брак батюшки, как люто ненавидела мачеху в первое лето её приезда. Это потом я привыкла и осознала, что она вовсе не злая колдунья, очаровавшая отца, а обычная женщина. Но гадостей наговорить успела.

— Не передумаешь? — не отрывая от меня взгляда, напряжённым тоном спросил Финист, и когда я покачала головой, повысил голос, чтобы услышал Кощей. — Лада какое-то время поживет в гостевых покоях!

— Хорошо. Тогда я поколдую там немного. А вы можете не торопиться, полчаса у вас есть, — свёкор хмыкнул и отошел от двери.

А я посмотрела на мужа, и на секунду мне стало не по себе. Уж больно шальная у него появилась улыбка. С такой только проказы творить, а не о делах разговаривать.

— Чем бы нам заняться в эти полчаса, женушка? — лукаво приподнял бровь Финист, а его пальцы пробежались вдоль моего позвоночника. Стало жарко. Никогда раньше я подобных чувств не испытывала.

— Может, обсудим, чем занимается Ал? У него есть расписание, планы уроков? — пискнула я, боясь смотреть на мужа, но ощущая на себе его пристальный взгляд.

Финист пару секунд недоуменно смотрел на меня, а затем расхохотался.

— Так меня еще не отваживали, — сквозь смех произнес он, отпуская меня и пододвигая к столу второй стул. — Ладно, давай обсудим обучение Ала. Тебе нужен листок, что бы записывать?

— Не помешает, — согласилась я.

— Тогда возьми чистый в столе.

Я обошла стол, вытащила стопку бумаг и, не удержавшись, захихикала.

— Что смешного в стопке бумаги? — поинтересовался Финист, и я показала ему, что меня рассмешило. Чистой стопка не была. Похоже, Ал очень переживал отсутствие отца и поэтому писал ему письма. А так как грамоте пока обучен не был, то вся бумага была исчиркана непонятными буквами, закорючками и с трудом угадываемым изображением отца. Похожие завитушки остались и на столешнице, а капли чернил закапали пол.

— Вот паразит! — без злости воскликнул Финист. — Знает ведь, что в кабинет ему нельзя заходить, и всё равно умудряется пробраться!

— Он просто соскучился по тебе. Кстати, ты обещал навестить его перед сном, — напомнила я мужу, и Финист подорвался со стула.

— Дырявая голова! — воскликнул он и выбежал из кабинета.

Чинно сидеть на стуле, терпеливо ожидая возвращения Финиста, когда вокруг столько новых книг, я не могла. Прошла мимо полок, внимательно вчитываясь в названия. Конечно, художественной литературой и любимыми мной сказками и легендами здесь и не пахло.