Фрэнк слышал рассказы коллег об их любовных похождениях: в каждом случае события рано или поздно принимали скверный оборот, и разражалась катастрофа. Посторонний наблюдатель ясно видел ее приближение, но на самих участников событий она обычно обрушивалась как гром среди ясного неба. Фрэнк анализировал свои отношения с Джой не менее скрупулезно, чем какой-нибудь контракт или проект, представленный на его рассмотрение. Если что-то и было не так, он этого не замечал. Не замечал вплоть до прошлогоднего рождественского праздника в «Палаццо». Тогда-то и начались проблемы. Но даже тогда все еще казалось пустяком, не стоящим особого внимания. Поначалу.

События очень ясно запечатлелись в его памяти. В супермаркете трудно организовать рождественскую вечеринку, как это делается в других фирмах, поскольку магазин работает без перерыва весь день. Тем не менее, Фрэнк всегда понимал психологическую важность торжественных мероприятий, особенно во время праздников, и убедил Карло в необходимости устраивать каждый год вечеринку для служащих.

Вечеринка организовывалась в последнее воскресенье перед Рождеством, в обеденное время. Приходили жены с детьми, Карло наряжался Санта-Клаусом, всем раздавали маленькие подарки и бумажные шляпы, и, поскольку собирались семьями, обходилось без обычных для вечеринок «на службе» эксцессов, когда молодым секретаршам становится дурно и их обнаруживают за картотечными шкафами, а немолодые уже менеджеры выставляют себя на посмешище, демонстрируя стриптиз.

Ренате всегда очень нравилось бывать на этих вечеринках, и она отлично ладила с детворой — организовывала игры, осыпала ребят серпантином. Каждый год (уже столько лет, что Фрэнк даже не помнил, когда это началось) его тесть, с умилением взирая на дочь, приговаривал: как она любит «бамбинос», и сетовал на то, что у них нет детей. И каждый год Фрэнк пожимал плечами и говорил, что пути Господни неисповедимы.

«Это не потому, что нам не хватает любви», — всякий раз говорил он, и Карло с серьезным видом кивал и советовал Фрэнку есть побольше бифштексов: мясо еще ни одному мужчине не повредило. Каждый год Фрэнк терпеливо, с натянутой улыбкой выслушивал его наставления. Приходилось платить эту совсем недорогую цену, и он не обижался, понимая, что у старика и в мыслях нет его оскорбить. Фрэнк воспринимал слова Карло как доброе, но, пожалуй, бестактно выраженное сожаление. Это была одна из немногих тем, где он помалкивал и уступал Палаццо. В разговоре о бизнесе они всегда были на равных.

Но в прошлое Рождество вечеринка в «Палаццо» прошла не как обычно. Джой Ист всегда отвечала за убранство большого склада, где отмечался праздник. Конечно, сама она не украшала стены гофрированной бумагой, не устанавливала длинные столы, не разносила пирожки с мясом и булочки с изюмом. Ее заботой было подобрать цветовую гамму, приготовить огромные бумажные украшения или какие-нибудь гигантские подсолнухи, которые она придумала однажды, поручить кому-нибудь сделать колокола из фольги, проследить, чтобы для Санта-Клауса Карло был готов большой покрытый зеленым сукном стол, нагруженный подарками, и чтобы присутствовал фотограф из местной или даже центральной газеты. Вдвоем с Фрэнком они организовывали громадный рождественский календарь с именами всех работающих в компании. Отпечатать его стоило сущий пустяк, зато каждый, кто работал в «Палаццо», с гордостью нес его домой и хранил до следующего Рождества. Иногда это даже останавливало тех, кто собирался взять расчет. Трудно уйти с места, где тебя так ценят, что ставят в календаре твое имя в один ряд с именами членов правления и высшими должностными лицами.