Не отвечая. Зефир намазал рану кашицей из ягод. Шейд почувствовал жжение и дернулся:

— Эй!

— Это защитит от инфекции, попавшей в рану, и крыло быстрее заживет.

Зефир осторожно размазывал кашицу по всему крылу.

— И ягоды ему помогут? — спросила Марина.

— Это хорошее лекарство, — ответил Зефир. — А теперь тебе нужно поспать.

— Нет, — сказал Шейд, — мы не можем дольше оставаться здесь. Мы и так потеряли слишком много времени.

Но он чувствовал себя слишком изнуренным, крыло болело, и боль отдавалась в плече.

— Поверь мне, сереброкрыл, ты нуждаешься в отдыхе, — сказал Зефир. — К тому же сейчас ты не сможешь правильно определить направление, даже если очень захочешь.

Шейд ничего не понимал. Он собирался было попросить альбиноса объяснить, но увидел, что Зефир взял совсем крохотные кусочки листа, который принес с карниза. Лист был темно-красный, особенной формы, и Шейд никак не мог вспомнить, где он видел точно такой же. Раньше он никогда не обращал особого внимания на форму листьев. Ведь их нельзя было есть — по крайней мере так он тогда думал.

— Открой рот, — сказал Зефир.

Шейд колебался.

— Это поможет тебе уснуть, — с безграничным терпением объяснил Зефир.

Шейд неохотно разомкнул челюсти и поморщился, когда альбинос влил несколько капель лиственного сока ему в рот. По крайней мере, на вкус листья не были отвратительными — у них вообще не было никакого вкуса.

— Ты будешь крепко спать остаток ночи, а крыло тем временем снова станет здоровым.

— Они собирались совсем продырявить нам крылья, — не без гордости сообщил он Зефиру. — Они сказали, что две гигантские летучие мыши убили голубей.

— Да, я подслушал одну сову.

— А теперь они закрывают небо! — внезапно вспомнив, воскликнул Шейд. Как глупо: нужно было сказать об этом раньше. Это важно. Но за последние часы произошло так много нового — он увидел горгулий, нашел нужную башню, встретил мышь-альбиноса…

— О закрытом небе я тоже знаю.

— Да, верно, — смутился Шейд. Он зевнул, затем снова оживился, вспомнив поразившие его слова раненого голубя: — А бывают такие огромные летучие мыши или это выдумки?

— Поспи немного, — сказал ему Зефир. — Мы обсудим это следующей ночью.

Теперь Шейд ощущал тяжелое, приятное тепло, разлившееся по всему телу, и чудесное чувство защищенности охватило его.

Он почувствовал себя дома, в месте, напоминающем Древесный Приют. Он посмотрел на Марину:

— По-моему, я сейчас усну…

Казалось, в башне стало очень темно — даже эхозрением. Шейд уже почти не различал металлических перекладин, — и он погрузился в безмолвную, непроницаемую черноту.

Гот опустился рядом с Троббом на край металлической трубы. Из темной глубины поднимался смрадный дым, но по крайней мере здесь было тепло. Это было лучшее убежище, которое им удалось найти на крышах этого проклятого города. Гот почти ничего не знал о Человеческих постройках, а времени до рассвета оставалось совсем немного.

Солнце. Теперь он по крайней мере сможет определить где находится юг.

Он должен научиться ориентироваться по этим северным звездам.

— Нам нужен проводник, — сказал он Троббу. — Кто-нибудь, кто научит нас разбираться в здешних звездах, — только тогда мы сумеем добраться домой. Нам надо найти летучую мышь.

Звездная карта

Шейд открыл глаза и увидел склонившегося над ним Зефира.