— Ну что, — как ни в чем не бывало проговорил Пил, — никто не попытался вломиться к вам сегодня ночью, не так ли?

— Нет, но я всю ночь не сомкнула глаз, — ответила кухарка. — Я слышала шорохи…

— Это я делал обход.

— Да уж, судя по количеству пустых бутылок из-под пива, побегать вам сегодня пришлось, — саркастически заметила кухарка.

В этот момент в кухню вошла Энн Парсонс. Она выглядела так же безупречно, как и вечером накануне.

— Мистер Фаулер проснулся, — сказала она. — Он хочет видеть вас.

Они вышли из кухни и, миновав каморку дворецкого, начали восхождение по лестнице, ведущей на второй этаж.

— Где вы были всю ночь? — спросила Энн. — Я спускалась вниз несколько раз…

— Я почти всю ночь провел на улице, — не моргнув глазом соврал Джо Пил. — Работа такая, понимаете ли…

— Да-да, — холодно сказала она. — Работа превыше всего.

— Это ваши слова. Но вы же, наверное, не круглые сутки работаете, а?

— Нет, я заканчиваю в восемь. Меня сменяет дневная сиделка.

— Отлично. Как насчет обеда? Скажем, часов в двенадцать? Ну, в кино там сходить… или еще чего-нибудь придумать…

— Чего-нибудь?

— Ну да… чего-нибудь.

— Я сообщу вам свое решение позже… мало ли что.

Они вошли в спальню Берта Фаулера, и раненый кивнул медсестре:

— Если не возражаете…

Энн Парсонс вышла из комнаты.

— Послушайте, Пил, — заговорил Фаулер. — Мне не хотелось бы беспокоить Бигла в такую рань, но я тут на досуге поразмышлял и решил, что вам необходимо отправиться в Вирджиния-Сити.

Пил присвистнул:

— Что? Но зачем?

— Для того чтобы раздобыть, скажем так, листок бумаги. Дело совершенно конфиденциальное, так что смотрите, никому ни слова. Изначальный владелец рудника «Серебряный мул» выстроил дом в окрестностях Вирджиния-Сити. В то время это было самое роскошное строение во всей Неваде. Старик был большой оригинал. Так, шикарную мебель для него везли через горы из самого Сан-Франциско. Он потратил на этот домик больше миллиона долларов… говорили, что там даже дверные ручки были из чистого серебра. Короче, болтали всякое. Разумеется, в конце концов он остался без гроша в кармане, но дом не продавал, держался за него до конца жизни, хотя к тому времени пустыня подобралась к нему практически вплотную. Сегодня за эту развалину не дадут и десяти долларов.

— А кому он принадлежит сейчас? — невинно спросил Пил.

— Внучке старого пройдохи, Элеанор Джейвлин. Завещания так и не нашли, так что, само собой разумеется, она унаследовала его. Но по моим сведениям, завещание Айк Джейвлин все-таки оставил… и мне необходимо во что бы то ни стало заполучить его.

— Но ведь лично вам по нему ничего не причитается, разве нет?

— Оно может мне серьезно навредить, если попадет не к тем людям.

— Как это?

Фаулер нетерпеливо мотнул головой:

— История довольно запутанная, мне не хотелось бы вдаваться в подробности. Короче, Айк Джейвлин обладал некоторым количеством акций, совершенно бесполезных бумажонок, которые гроша ломаного не стоили. На сегодняшний день акции находятся в надежных руках — у его внучки. Однако у меня есть все основания полагать, что он завещал акции кому-то другому, и если завещание попадет не к тому, кому надо, то акции… ну, в общем, они могут быть использованы, чтобы нанести мне большой убыток в финансовом плане. Допустить этого никак нельзя, а поэтому я хочу, чтобы вы отправились в Вирджиния-Сити и разыскали там это завещание.

— Чушь какая! — воскликнул Джо Пил.