– Предупреждаю, что у меня уже есть адвокат, – сказал он, – так что без него отвечать на ваши вопросы я не собираюсь.

Типичный потребитель героина, подумал Кардинал. У них всегда вид, как из преисподней, а говорят с трудом, будто словам приходится прорываться сквозь толщу воды.

– Мы не по вашу душу, Сэмми, – сказала Делорм. – Во всяком случае, в данный момент. Можно войти?

– А ордер у вас имеется?

– И обыска мы делать не будем, – заверил его Кардинал. – Хотим лишь задать несколько вопросов по поводу Морриса Тилли.

– Клыка? Я его уже сколько дней не видел.

– А когда видели в последний раз?

– Вот уж не знаю. Давным‑давно. В прошлой жизни.

– А поточнее нельзя? – сказал Кардинал.

– Да в чем дело‑то? Вы что, опять его замели?

– Кто‑то выпустил в него две пули и размозжил ему череп бейсбольной битой.

– О господи, это уж чересчур. Перебор то есть.

– Это преступление, Сэмми. И мы хотим, чтоб преступник ответил за это, был схвачен, для чего нам и нужна связная, толковая информация.

– Твою мать! Простите, ей‑богу. Я только что глаза продрал. Не знаю прямо, что сказать.

До чего может докатиться человек, думал Кардинал. И ответ пришел сам собой: до чего угодно, если он это себе позволит.

– Вы знаете парня по имени Кевин Тейт? – спросила Делорм.

Сэмми передернул плечами:

– Это приятель Клыка. Видал его разок‑другой.

– Наркотиками он промышляет?

– Э‑э, друг, я сказал, что видал его, но что расспрашивал – не сказал. Выпытывать, как кто живет и чем занимается, я не люблю.

Вслед за Сэмми Кардинал и Делорм прошли в комнату, служившую некогда гостиной. Сейчас это была спальня – на полу валялся матрас, а рядом – проигрыватель и разбросанные компакт‑диски. К стене был прислонен мотороллер. Сверху донесся звук спускаемой воды.

– Присядьте, Сэмми, – сказала Делорм. – Вид у вас хуже некуда.

– Ничего. Я постою.

– Да сядьте же! – Нажатием на плечи Делорм заставила его опуститься на матрас. – Ну а теперь вспомните, когда в последний раз вы видели Морриса Тилли?

– Наверно, недели три назад. Да, точно, три недели. В бильярдной. Клык здорово в пул режется.

– Резался, – поправил его Кардинал.

– Резался.

– Но вы же с ним вместе живете. Как же могло случиться, что вы уже три недели не встречали его? – спросила Делорм.

Сэмми потеребил свою челку:

– Клык теперь, похоже, другие знакомства водит.

– Да?

– Связался с одним индейцем. Тот за городом живет. Клык, правда, темнил тут, но было понятно, что очень индеец этот его в оборот взял.

– У индейца этого есть имя? – осведомился Кардинал. – И адрес?

– Адреса не знаю. Клык ничего такого не разглашал. А имя… имя вроде как Черная Туча. Ну знаете, как у индейцев.

– Вы с ним знакомы? Видели его когда‑нибудь?

Сэмми покачал головой. Он обхватил себя руками, словно от холода, хотя в комнате было невыносимо жарко. Над верхней губой его блестели капельки пота.

– Сигаретки у вас не найдется?

– Нет, к сожалению, – сказала Делорм.

– Сколько еще людей здесь проживает? – спросил Кардинал.

– Семь или восемь.

– Так семь или восемь?

– Думаю, семь. Если Клык не вернется.