– Последовательные стадии, – сказал Чин. – Все стадии развития членистоногих мы вносим в наши базы данных.

– Имеется в виду, – сказал Филберт, – что вношу их я,  он же лишь получает за это аплодисменты.

– Мистер Филберт – вовсе не ученый. Он сбежал из сумасшедшего дома, и я был бы вам крайне признателен, если б вы забрали его у меня, когда будете уезжать. – Чин набрал что‑то на клавиатуре, и изображение поменяло цвет, потом слева появился список, а экран заполнили цифры.

– Слева мы вводим данные обнаруженных нами Calliphoridae, Cynomyopsis, Staphylinidae и прочих. У каждого из них имеется свое время яйцекладки, окукливания, свое время развития. Вы вводите в компьютер все эти данные, отмечаете стадии развития, а далее и компьютер вам по существу не нужен. Вы лишь суммируете количество дней. Единственная цифра, объясняющая нам возможность нахождения этих существ в одном месте и в одно и то же время, это…

Чин нажал кнопку «Ввод», и экран высветил цифры.

– От трехсот двенадцати часов до трехсот тридцати шести, – сказал Кардинал. – Весьма наглядно.

– Против науки не попрешь. – Чин поднял на них взгляд и улыбнулся. – Даже Филберт это понимает.

– Да что там я, – сказал Филберт, – ничтожный прихвостень, и больше ничего.

Арсено вытащил два пузырька и передал их доктору Чину.

– А вот другое мертвое тело, – сказал он. – Можете что‑нибудь сказать, исходя из этого?

– Ну, здесь в основном яйца. Куколок почти нет. Труп свежий, не так ли?

– Правильно.

Доктор Чин, постучав по пузырьку, извлек из него одно яичко и сунул его под микроскоп. – Phorma regina  – ну, это встречается где угодно. – Он подсунул под микроскоп еще одно яичко. – Lucilia illustris,  – сказал он, поправляя фокус. – Зеленая муха. Любит открытые сухие места.

– Подходит к нашему случаю, – сказал Кардинал.

Доктор Чин положил под микроскоп еще одно яичко и стал вертеть взад‑виеред колесико.

– Phaenicia sericata.  Известная также как овечья муха. Обитает на ярком солнце. Появляется рано. В первую очередь – на озерах. В открытых солнечных местах. Я бы сказал, что в данном случае с момента смерти прошло часов двенадцать‑четырнадцать.

– Тело так и выглядит, – сказал Арсено.

– Но в первом случае названных разновидностей вы не обнаружили, – сказал Кардинал.

– Да уж. Первая жертва лежала за водопадом и находилась там две недели. Подобных насекомых при таких обстоятельствах ожидать не приходится. И наоборот. На свежем трупе мы не найдем Суnomyopsis cadavarina.  Но не понимаю, зачем было обращаться ко мне по поводу второго трупа. По содержимому желудка и температуре тела эксперт совершенно правильно установил время смерти.

– Во втором случае мы нашли еще кое‑что, – сказал Кардинал. – Арсено это нашел.

Арсено протянул еще один пузырек. Чин поднес его к свету.

– Частичка куколки?

– Она была совершенно отдельно. Находилась футах в восьми от тела.

– В восьми футах? – Открыв пузырек, Чин вытащил чешуйку и положил ее на стеклышко. – Бывает, что личинки оказываются довольно далеко от тела, – сказал он. – Но эта разновидность прыгучестью не отличается. И воды вблизи второго трупа тоже ведь не было, не так ли?

– Верно. Ни озера, ни ручья ближе чем на милю вокруг.

– Это частичка куколки Cynomyopsis  на третьей стадии.