Думаю, что причина всей этой заварухи в том, что Жан Клод слабый, неуравновешенный человек с плохим характером, который пустился в бега, потому что он не в силах противостоять Канизиусу. Возможно узнав, что его отец был не в состоянии долгое время контролировать эту банду акул, он решил сбежать. А еще более вероятна другая причина. Я думаю, что держали его отнюдь не деньги. Он просто устал от этой грязной борьбы за них. За несколько лет это ему смертельно надоело, но он крепился и жил в Амстердаме из за преданности вам и своему имени. Я думаю, что, может быть, когда он узнал о вашем свекре, что он становится все более немощным, вы слишком сильно стали давить на него. Заставляли бороться, стараться во что бы то ни стало сохранить власть над деньгами, взять в свои руки контроль над всем бизнесом, быть достойным своего отца, быть достойным вас и так далее и так далее; я думаю, что это просто утомило его до крайности. Ведь он всегда хотел быть свободным от всего этого. Несколько лет назад он купил этот дом. Настолько часто, насколько это было возможным после командировок и деловых встреч, после развлекательных поездок с важными клиентами и поставщиками и тому подобных мероприятий, он приезжал сюда, притворяясь для всех, что заехал на несколько дней по делам куда то еще. Никаких разговоров о деньгах, никаких политических маневров, никакой чепухи о западном альянсе и деловых контактах с русскими, или кубинцами, или еще кем нибудь. Что он чувствовал по отношению к вам, я не знаю. Я считаю, что вы чрезвычайно привлекательная женщина. Возможно, вы слишком впечатлительны, слишком эмоциональны, слишком испанка. Как бы то ни было, вы чертовски сложная натура. Я так и не сумел как следует разобраться в вас.
Я думаю, что он приехал в Кельн только в результате случайного стечения обстоятельств – ему нечаянно напомнили, что там проходит карнавал. Я думаю, что он увидел и увлекся юной девушкой, его пленила ее простота, честность, наивность, возможно, он решил, что всегда стремился именно к этому. Не знаю, что за дикая идея пришла ему в голову. Ведь он должен был знать, что ее обязательно станут искать и начнут их преследовать. Скорее всего, он не подумал об этом просто потому, что не хотел об этом думать. Он был очень утомлен для того, чтобы что то планировать и заботиться о последствиях. Он хотел быть свободным. А его деньги давали ему эту иллюзию свободы. Эта девушка невольно только подхлестнула его. Он попробовал практически все удовольствия, которые только может попробовать человек, но все они казались ему мелкими. Он был словно король страны дождя.
– Что что? – не поняла Анн Мари, да и как она могла понять?
Ван дер Вальк взял томик Бодлера, который нашел утром, – он так и лежал на столе – криминальная бригада мистера Воллека не видела ничего подозрительного в томике Бодлера.
– Конечно. Здесь. Поэма. Он читал это, он знал это, ему нравился Бодлер; у них было много общего. Большой талант, большая чувствительность и больная совесть. Бодлер всегда стонал о том, что ему патологически не везет, но на самом деле ему это нравилось. Он получал удовольствие от угрызений совести и от чувства, что он страдалец и раб своей судьбы. Жан Клод понимал его и симпатизировал ему. Здесь – читайте поэму. Собаки и соколы, спортивные автомобили, и лыжи, и многое другое, что он так хорошо умел. Ждущие дамы в распутных костюмах – это вы, моя дорогая, да, я на самом деле так думаю, и ваши производящие огромное впечатление обнаженные скульптуры в ванной комнате. Люди, приходящие умирать под его балконом, мастер алхимик, делающий порочное золото, – он прекрасно умел читать эти параллели. И зеленые воды Леты вместо крови, текущие по его жилам. Я думаю, что именно поэтому он сбежал со своей девочкой. Он хотел доказать, что в его жилах пока еще течет настоящая кровь.
Я не верю ни единому слову из всей этой вашей истории об автомобильном слаломе между деревьями. Все это слишком притянуто за уши. |