– Послушай, ты, килька, – сказала Бет.

– Ну давай, ударь меня. Это ты называешь силой?

– Эй, вы, кончайте, – сказал Норман.

– У тебя есть своя версия? – спросил Гарри.

– Нет, – ответил Норман.

– Держу пари, есть.

– Не надо ссориться… – сказал Норман. – Пока мы здесь, мы команда и должны держаться друг друга.

– Гарри мутит воду с самого начала экспедиции… – заявила Бет. – Его дурацкие комментарии…

– На что ты намекаешь?

– Ты прекрасно знаешь о чем я говорю.

Норман направился к выходу.

– Куда это ты?

– Публика расходится… Вы мне уже надоели.

– Ах, мистер Холодный Психолог решил что мы уже надоели?

– Точно, – сказал Норман, не оглядываясь назад.

– Куда ты уходишь? Рассуди нас! – кричала Бет.

Он продолжал идти сквозь стеклянный туннель.

– Я с тобой говорю! Не уходи, Норман!

Он вернулся в камбуз и начал открывать ящики, разыскивая ореховые плитки. Он снова проголодался и поиски помогли ему на время позабыть о Бет и Гарри. Он допускал что был встревожен ходом событий.

Встревожен, но не удивлен. Норман давно убедился в истинности старого изречения «толпа трех». В стрессовой ситуации группам из трех человек присуща неустойчивость. И если кто‑нибудь не определит свою твердую позицию, двое объединяются против одного. Что и произошло. Он кончил с одной плиткой и принялся за другую.

До конца шторма осталось не меньше тридцати шести часов.

Он хотел унести часть ореховых плиток на станцию, но полистироловый скафандр не имел карманов. В камбуз вошли понурые Гарри и Бет.

– Хотите орешков? – спросил он.

– Мы хотим извиниться, – сказала Бет.

– За что?

– Мы вели себя как дети, – сказал Гарри.

– Я жалею что потеряла самообладание. Я чувствую себя пол ной идиоткой, – сказала Бет, опустив глаза.

Интересно как мгновенно она переходит от агрессивной самоуверенности к жалкому самоуничижению, подумал он.

– Это все стресс… – примиряюще сказал он.

– Мне очень жаль, – продолжала Бет. – Я не могу здесь оставаться.

– Перестань хныкать и возьми шоколадку, – сказал Норман.

– Мне больше нравится, когда ты сердишься, – поддержал его Гарри.

– Я сыта ими по горло. До вашего прихода я слопала одиннадцать штук.

– С этой будет дюжина, – сказал Норман.

* * *

Возвращаясь на станцию, они держались друг друга и смотрели, нет ли поблизости кальмара. Оружие прибавляло уверенности. Кроме того, Нормана радовала разрядка напряженности.

– А ты неплохо смотришься с этой штукой, – сказала Бет.

Норман никогда не чувствовал себя человеком действий. Но теперь, сжимая в руках гарпунное оружие, он находил что это ему даже нравится. Он отметил что на пути выросло много голубых и ярко‑пурпурных морских вееров.

Некоторые, достигшие высоты четыре‑пять футов, приходилось даже обходить.

Совсем рядом проплывали стаи больших черных рыб с красной полоской Бет сказала что это рыбы‑хирурги, обычные для региона.

Все изменилось, думал он не слишком доверяя своей памяти Слишком многое влияло на его восприятие: высокое давление и раны, психологическое напряжение и страх.

Заметив краем глаза какое‑то движение, он посветил фонарем и увидел извивающееся белое с черными полосками веретено с длинным тонким плавником.