Бандиты притихли.

— Может, есть несогласные?! — Вадим обвел взглядом строй.

Несогласных не нашлось.

— Хорошо же! — расслабил плечи Вадим. — Еще одно: нерадивых я буду выгонять и отправлять прямиком к вашему «папе»! Он платит за вас большие деньги, и я отвечаю перед ним за качество вашей подготовки! А с лентяями пусть разбирается сам!

«Братва» дружно поежилась.

— Разойдись! — заорал Вадим. — Построиться строго по росту! Подравняться! Смирно! Рассчитайсь!

— Номер второй, два шага вперед! — скомандовал тренер, когда расчет был окончен. Из строя выступил рослый, на полголовы выше Сашки-Алекса, могучий детина. Таранов понял — с этим ему предстоит драться. Алекс холодно усмехнулся под шлемом: перед выходом из раздевалки Вадим вручил ему шлем — вроде боксерского, но с забралом, защищающим лицо от повреждений, — и велел надеть. Под такой маской видны были только глаза Алекса.

— Ты показал себя самым сильным и сноровистым бойцом из всех вас вчера, — продолжал между тем Вадим, обращаясь к детине. — Надень боевую форму. Будешь спарринговаться вон с ним, — тренер указал на стоящего в стороне Таранова. — Он тоже новичок. Хочу поглядеть, что он собой представляет. А ты выступаешь от имени всей своей бригады! По тебе, по этому бою я буду судить, чего вы стоите! Мужики вы или бакланье дворовое!

Детина оглядел худощавую фигуру Алекса, ухмыльнулся.

— Одеваться! — резко приказал Вадим, заметив его ухмылку.

Парень сбегал в угол зала и вернулся в шлеме и перчатках.

— Становись! — бросил тренер.

Бойцы встали друг напротив друга.

— Фулконтакт! — рубил фразы Вадим. — Без всяких ограничений. Разрешены любые приемы. Бой — до полного отключения одного из противников! Приготовились! Время!

Едва дождавшись команды, Алекс первый бросился в атаку. Он ударил ногой, утяжелив удар весом бедра и туловища. Однако бандит ожидал подобного выпада. Согнутым предплечьем он с силой блокировал пинок. Такой блок рассчитан был на то, чтобы свалить Таранова, но нога Алекса неожиданно легко ушла в сторону и вниз, лишь чуть соприкоснувшись с рукой противника — пинок был ложным. Корпус бандита слегка провалился вправо, следуя инерции собственного движения, и тотчас Алекс врезал врагу кулаком по шлему. Парня отбросило на несколько шагов, он еле устоял, тряхнул головой, очухиваясь, и яростно кинулся на Таранова.

Двумя боксерскими нырками Алекс ушел от двух зубодробительных ударов противника, а сам достал его правой по ребрам. Он метил под дых, но не попал. Таранов спешно подался назад, стараясь избежать ответной атаки. Но не успел: бандит лягнул его в голову.

Удар получился страшный. Хотя Алекс сумел пригнуться и прикрыться плечом, потрясение было сокрушительным. Таранов пролетел почти ползала, грохнулся на ковер-татами и замер. Казалось, с ним покончено.

Другой бы не встал. Но Алекс слишком полон был бешеной, мрачной, холодной злобы, слишком ненавидел противника, в котором воплотил для себя всю блатную мразь сегодняшней российской действительности. Пролежав неподвижно всего миг, Таранов вскочил. Зал дружно охнул. Дюжий детина, уже торжествовавший победу и спешивший к Алексу — добивать, оторопел. Алекс метнулся навстречу. Увернувшись от плохо подготовленного прямого правой, Таранов пробил врагу подряд два свинга с обеих сторон, потом сгреб за грудки, рванул на себя и боднул в лицо. Прием оказался неэффективным из-за забрала шлема, однако Алекс не растерялся. Коленом он достал печень бандита, затем, захлебнувшегося дыханием, оттолкнул от себя и подсек.