Я усмехнулся:

— А теперь попробуй соус снова и запей светлым.

Ивар капнул себе ещё соуса на ложку, слизнул. Острота снова ударила. Он быстро запил «Солнечным» и замер. Глаза медленно расширились. Он жевал воздух, смакуя послевкусие, явно не веря в столь удачное сочетание.

Лёгкая солодовая сладость эля мгновенно погасила остроту, «смыла» жирность, оставив во рту только приятное послевкусие с медовыми и хлебными нотками.

Ивар поставил кружку на стол, посмотрел на меня с новым уважением:

— Ты… ты знал. Ты специально подобрал. Как ты умудрился подобрать? Ну-ка поделись!

— Я повар, Ивар, а не хрен с горы. Лучший повар в этом городе. Моё блюдо завтра будет как огонь. Оно будет вкусным само по себе, но оно будет идеальным только с твоим светлым элем. Моё блюдо создаёт пожар. Твой «Солнечный» — тушит его.

Я замолчал ненадолго, дав пивовару переварить то, что я ему сказал.

— И ещё мне нужен квас, — добавил я. — Эль у тебя хороший, значит и квас должен быть отличный. Не все пьют эль, поэтому людям нужна альтернатива. Да и детям алкоголь категорически нельзя.

Ивар кивнул медленно, понимая логику:

— Квас у меня есть. Хороший, на ржаном солоде. Как раз то, что ты описал.

Он налил третью кружку из другой бочки, подал мне. Я попробовал. Кислый, освежающий, с лёгкой сладостью и хлебным послевкусием.

Дар подтвердил — синергия высокая. Квас гасил остроту не хуже эля, но по-другому — кислотность нейтрализовала жир, оставляя чистоту.

— Идеально, — сказал я.

Ивар скрестил руки на груди, посмотрел на меня серьёзно:

— Слушай, повар. Я понял, что ты не дурак, но давай говорить прямо. Зачем ты пришёл? Купить бочку эля и бочку кваса? У меня и так покупают. Зачем мне с тобой связываться, когда ты воюешь с Гильдией?

Я встретил его взгляд:

— Тебе не нужно ничего мне продавать, Ивар. Я предлагаю партнёрство.

Он нахмурился:

— Какое?

— Завтра ты приезжаешь на площадь с тремя бочками «Солнечного» и двумя бочками кваса. Ставишь их рядом с моей точкой. Продаешь эль по три медяка за кружку, квас по два. Я даю тебе лучшее место на площади, потому что оно будет рядом со мной. Сотни людей, которые будут есть моё острое блюдо и требовать напитки.

Ивар задумался на секунду.

— Взамен я получаю один медяк с каждой проданной кружки эля и полмедяка с каждой кружки кваса.

Ивар присвистнул тихо:

— Треть с эля и четверть с кваса? Это дерзко.

— Это заслуженно, — ответил я. — Без моего блюда ты продашь двадцать кружек за день. С моим — двести, может триста. Ты заработаешь в десять раз больше, даже отдав мне долю.

Ивар молчал, прикидывая, смотрел на меня тяжёлым взглядом.

Потом медленно усмехнулся:

— Ты уверенный сукин сын, повар. Мне нравится.

Протянул руку:

— Договорились. Встретимся на ярмарке, мастер Александр. Привезу три бочки «Солнечного» и две кваса. Но если гильдия…

Я пожал его руку крепко:

— Я разберусь с Гильдией. Ты разбирайся с напитками. И продай мне маленькую бочку эля сейчас. Для маринования.

Ивар кивнул, отпустил мою руку и взял с полки бочонок литров на десять. Я отсчитал деньги, взял бочонок, развернулся и вышел из пивоварни в холодную ночь.

* * *

Трактир «Золотой Гусь» готовился к битве.

Кирилл Семёнович стоял посреди кухни, скрестив руки на груди, и смотрел, как его повара готовятся к завтрашнему дню. Десять человек двигались по павильону размеренно, каждый занят своим делом — промывали котлы, раскладывали ингредиенты на столах, проверяли остроту ножей.