— А сейчас?

— А сейчас… Сейчас как раз еду на работу в станицу, — снова уклонился он от ответа.

— Так значит, — сказал я, — по-твоему, не нас огородили железным занавесом от всего мира, а мы сами отгородились?

— Конечно, — убежденно сказал парень, — разве это не очевидно? Партии это нужно, чтобы люди не видели, как хорошо живет Америка с Европой. И в каком, извините за выражение, дерьме копошимся все мы здесь.

Марина и Макар удивленно посмотрели на парня. Я снисходительно вздохнул.

Вася, видимо, поняв, что слишком сильно распалился, притих. Немного втянул голову в плечи.

— Скажи вот, пожалуйста, — начал я, — а квартира у тебя есть? Дом?

— Есть, — покивал он, — выдали матери квартиру с завода. Только, понимаешь, ждать ее пришлось много лет. В очереди стоять.

— Ну, бесплатно же дали?

— Ну, — помялся Вася, — да бесплатно.

— Ага. А образование у тебя есть?

— Есть, — кивнул он, — высшее.

— Бесплатно?

— Зато, — посмотрел он на меня хмуро, — по распределению на север попал. Еле потом домой вернулся.

— Ну, я хмыкнул, — вернулся же. И, надо думать, неплохо ты там, на севере, заработал денежек, верно?

На это он не ответил, только как-то прижался сильнее к двери, бубня что-то себе под нос.

— Выходит, ни ипотек, не кредитов. Всем тебе за так советское государство помогло. А ты всем недоволен.

— Деревенская темнота, — буркнул парень.

— А я слышал, — сказал я, — что за железным занавесом такого не бывает. Что за все там нужно платить деньги.

— Да как же вы не поймете?! — Вдруг взорвался Вася, — что эту страну спасать надо! Нету тут ни свободы слова, ни свободы личности! Нету тут, в России, сейчас настоящей свободы!

— А я вроде все, что думаю, говорю, — пожал я плечами, — а ты Марина?

— Да и я, вроде, — почесала она загорелую шею.

— Эх ничего вы не понимаете! Россию спасет только рынок! Рыночные реформы и дружба с западом и Европой. Иначе, не видать нам свободы!

— Я все не могу понять, — рассмеялся я, — о какой свободе ты говоришь.

— А как же дефицит? Ведь на полках шаром покати! — как бы не услышал мое замечание Вася.

— Ну тут да, — пожал я плечами, — что есть то есть. Да вот только, если бы не холодная война, если бы не гонка вооружений с американцами, не приходилось бы родине все силы на армию направлять. А что дефицит, так тут виноваты во многом спекулянты. Вот тут да. Тут я бы, на месте, государства с ними пожоще.

— Да ничего ты не понимаешь, темный человек! — Раскричался Василий, — эти люди, которых вы называете спекулянтами — спасение страны. Предприниматели! Атланты! Их силами зарождается у нас рынок! Хоть какая-то связь с внешним миром происходит! А вообще, знаешь, — махнул он рукой, — надо было бы нам войну проиграть, пили бы тогда баварское, как все цивилизованные люди!

Когда Василий замолчал, то посмотрел на Марину с Макаром. Оба они были чернее тучи. Хмуро смотрели на молодого парня.

— Лучше бы тебе, тебе выйти, — сказал я холодно, тормозя у обочины, — дальше своим ходом пойдешь. Тут уже недалеко.

Вася, вспотевший, раскрасневшийся от своих эмоций, выдохнул.