— Думаешь?

— Уверен.

— У нас в державе все общество разделилось на ревнителей старины и тех, кто смотрит на запад. А ты… я никак не могу тебя понять. Какая-то серединка на половинку. То стоишь за самое рьяное обновление. То за старину держишься похлеще иного ревнителя. Как так?

— Понять меня не сложно, Василий Васильевич. Наша страна отстала. Это факт. Сильно отстала от ведущих мировых держав. И людей мало, и производств, и вообще. На века. И там, где француз может идти спокойной походкой, двигаясь в ногу со временем, нам нужно бежать самым отчаянным образом.

— Я согласен, — кивнул князь. — Но тогда отчего ты непоследователен в стремлении в переделке России по западному образцу?

— На это есть две причины. Первая лежит на поверхности. Ну сам посуди, если мы будем у них только учиться, то никогда не обгоним. Не так ли? Они придумали. Мы взяли. Пока брали, они придумали что-то новое. Мы вечно будем догонять. Идти в кильватере послушным мателотом. Разве нет?

— Пожалуй. Я никогда не думал в таком ключе.

— Это, на самом деле, то, что лежит на поверхности. Ученик может превзойти учителя только тогда, когда сможет жить своим умом, а не просто подражать мастеру. К тому же слепое подражание опасно и другим неприятным следствием. Превращением в колонию.

— Но позволь! Колонии завоевывают!

— Не всегда. Есть разные формы колониализма. Хм. Вот ответь — что такое колония?

— Эм… — задумался Голицын, явно не имея в кармане удобного и готового ответа.

— Обычно это зависимая территория, которая обеспечивает сырьем метрополию, получая взамен ремесленные товары. Так?

— Допустим.

— Вся суть колонии в так называемом торговом балансе. Метрополия покупает у вас сырье, перерабатывает, продает вам более сложные товары. Разницу же кладет себе в карман. Иначе это равноправные отношения. Как несложно догадаться — в колониях нужно только добывать сырье. Его переработка — удел метрополии.

— И как это связано с нашим случаем?

— Если мы учимся у запада, то оказываемся вечными учениками. Которые раз за разом покупают этот самый продукт переработки — знания. Что делает нас сначала вечно догоняющими. Этакой развивающейся державой, стоящей всегда на ступень ниже развитых. А потом, в процессе, ставит нас в зависимость совершенно колониального толка. Сначала в культурную, а потом и экономическую. Или ты думаешь наши учителя будут такими благодушными и не воспользуются этой возможностью? — усмехнулся Алексей. — В таких делах нужно держать нос по ветру и помнить о торговом балансе. О его равновесии не только количественном, но и качественном. Об определенной равнозначности. Поэтому вряд ли меня можно отнести к подражателям. Ибо они не ведают меры. Брать нужно. Все что плохо лежит. Все что можно применить. Но не подражать и тем более не становиться учеником. Это путь в бездну.

Голицын задумался.

Скосился на своего недавнего визави в беседе. Тот скривился. Было видно — его речь царевича не убеждала. Но такое выражение лиц наблюдалось далеко не у всех.

Пауза затягивалась. Поэтому князь, спохватился и спросил:

— Это первая причина. А вторая?

— Вторая заключается в нулевой изотерме.

— В чем? — удивился Голицын, который и слова-то такого не знал.

— Нулевая изотерма — это природная граница в Европе, с одной стороны от которого средняя температура в самый холодный месяц не опускается ниже замерзания воды, а по другую — опускается. Эти особенности природы диктуют свои условия для ведения хозяйства.