— Да оставь ты его в покое! — донесся до них голос Вейланда, который чистил лошадей перед домиком. — Ты за одно дыхание столько наболтаешь, что потом на целый год хватит!

Шведский Всадник приложил ко лбу свежую холщовую тряпку, пропитанную льняным маслом. Мысли его витали далеко отсюда: была ночь, и он стоял в спальне своей дочки. Мария-Христина вылезла из кроватки и обняла его за шею. Он слышал биение ее сердечка.

— Это ты? — шепнула она. — Ты вернулся, и я тебя больше никуда не отпущу!

— Ты должна меня отпустить, — тихо отвечал он. — Я обязательно приду опять. Мне надо в шведское войско. У меня есть конь, который летает как ветер…

— Полмира за восемь часов? — вспомнила девочка из песенки о трех волхвах.

Он поднял голову, и милое видение исчезло. В висевшем на стене подслеповатом зеркале он увидел свой лоб с выжженным на нем знаком виселицы.

— Хорошо бы сейчас уснуть навеки! — прошептал он.

— А что будет с нами? — безжалостно допрашивал его Сверни Шею. — Куда нам теперь податься? Кстати, а где твоя дурацкая реликвия? Мало нам было от нее проку. Возьми-ка да выбрось ее в окно — авось какой-нибудь крестьянин споткнется об нее и разобьет себе лоб. Но куда, к черту, девался здешний хозяин? Почему он не показывается, когда в доме гости?

Он прошелся по комнате и увидел спавшего у печи Кочергу.

— Кто бы мог подумать? Вот он — дрыхнет себе у печки и слыхом нас не слышит! — вскричал Сверни Шею и грубо толкнул спящего. — Эй, парень, вставай да подай нам чего-нибудь выпить!

Спящий сел на скамье, плохо соображая, что происходит. Толчок заставил его вообразить, будто он снова дежурный при плавильной печи и его будит надсмотрщик. Он начал вставать, но это удалось ему не сразу, и тогда он невнятно забормотал:

— Да, да, уже пора, через два часа надо снова загружать печь…

— Загружать или не загружать, я не знаю! — прикрикнул на него Сверни Шею. — Но мы тут озябли и изголодались. Давай скорее что-нибудь выпить, мы и так уже долго ждем!

— Я на месте, — продолжал Кочерга. — Уголь уже в топке, сейчас подброшу еще…

Сверни Шею покачал головой.

— Ты понимаешь его, атаман? — спросил он. — Я лично ничего не пойму. Кажется, он разговаривает со злыми духами!

Шведский Всадник бросил беглый взгляд на коричневое лицо Кочерги.

— Это не хозяин. Этот парень сбежал из епископского ада, и его мучают воспоминания об огне.

Кочерга тем временем вполне пришел в себя.

— Добрый вечер, господа! — вежливо произнес он.

— К дьяволу тебя с твоим добрым вечером! — заворчал Сверни Шею. — Где хозяин? Мы сидим здесь Бог весть сколько времени, а он все не показывается!

— Я не знаю, где он, — ответил Кочерга. — Он обещал дать мне лошадь, но обманул.

— Нету лошади, поезжай на палочке! — зло буркнул Сверни Шею, который в этот момент ненавидел всех людей на свете.

Кочерга не обратил внимания на его слова. Он как зачарованный глядел на синий шведский мундир.

— Я имею честь говорить с офицером шведской короны? — спросил он почтительно. — Господин едет из шведской армии?

— Прямо оттуда, — бросил Шведский Всадник и отвернулся, не желая продолжать разговор.

— Вы ранены? — продолжал Кочерга, указывая на масляную повязку, которой Шведский Всадник прикрывал клеймо.