— Нам-то это чем грозит?

— А вы представьте такое развитие событий в ближайшие годы. Многие представители рода человеческого имеют сходные привычки. Ухватившись за палец, стараются завладеть всей рукой, а ухватившись за руку тут же лезут на шею. Сейчас вся Франция временно притихнет, сохраняя статус-кво. Но лишь для того, чтобы не лишиться урожая из-за гражданской войны.

— А потом?

— В ноябре-декабре снова начнутся трения и парижане пойдут на Версаль. Вы же сами сказали, что дворяне или уезжают за границу, или перебираются в Версаль.

Оппонент всё больше вслушивался, так как ему придётся докладывать государыне, подробно пересказывая мои бредни и он не хотел бы ошибиться, переврав тот или иной тезис. А я развивал тему, предсказывая, что от короля через год-другой совсем откажутся и начнётся вакханалия. Дворянство просто ограбят, а то и вырежут. Со временем награбленное кончится и французы начнут создавать революционные армии, чтобы нести своё понимание правильности в Европу.

— А фактически станут грабить уже другие страны. Проблема в том, что эта стадия будет сопровождаться выдвижением и становлением военных авторитетов из бывших булочников стряпчих и колбасников. И эти люди захотят себе земель и власти на завоёванных землях.

В принципе, в моей реальности так и происходило, когда генералы становились герцогами, а маршалы — королями.

— Хорошо, но уж тогда всё прекратится наверняка, когда они сами станут монархами. Нас-то это никоим образом не коснётся, — усмехнулся Храповицкий.

— Ещё как коснётся, Александр Васильевич. Их государства-сателлиты будут граничить с Россией, например Польша. Мало того, французы выпестуют из своих генералов такого лидера, который станет дктатором самой Франции, а то и провозгласит себя императором.

— И что же делать по вашему мнению, как этому противостоять?

Тут уже я врезал очередной благоглупостью.

— Воспользоваться ситуацией в экономическом плане. Грамотно спекулировать нашим сырьём и хлебом, подняв цены на всё в чём Европа нуждается. А на вырученные средства реконструировать армию и создать мощную лнию обороны на западной границе.

— А вдруг появится возможность расшириться на запад?

— Если возможность действительно реальна, то захватить земли и выгодно их перепродать другим странам.

На этом дискуссия закончилась и каждый остался при своём мнении. Славно посотрясали воздух!

В июле довелось познакомиться с довольно своеобразной личностью, Абросимовым Иваном Михайловичем. Несколько лет назад он, получив университетское образивание, устроился управляющим в одно имение под Москвой. И всё бы ничего, да захотел заняться экономическими экспериментами. Почти 1000 десятин пахотной земли, пара сотен десятин лесных угодий и порядка 400 душ крепостных. Работай себе, приворовывай потихоньку и не гневи ни бога, ни хозяина своими инновациями. Как-то же жили веками без всяческих новшеств, так нет потратил барские деньги в прошлом году на плуги и лошадей для них. Теперь живёт в Петербурге у маменьки, в долгах, хорошо хоть в тюрьму не определили.

— Помещик Кулябин требует или вернуть три с половиной тысячи рублей, или найти кого-нибудь кто выкупит хотя бы плуги. А я ведь столько хорошего спланировал за эти годы, чтобы поместье сделать более выгодным.

Планы действительно интересные, да и сам бывший управляющий человек передовых взглядов и знаний. Вот только не пришёлся ко двору.

— Иван Михайлович, а не желаете ли у меня поработать? Разделим мои четыреста десятин между собой и что-то крестьянам нашим для аренды выделим. На своей подотчётной части и будете свои эксперименты проводить.

Я ему изложил свой план действий, да ещё и с планом поместья, чтобы энтузиаст нового плана в сельском хозяйстве смог спланировать внедрение собственных идей.