– Мне нужно заняться Алексом, прошу всех покинуть помещение. – Юн кивнул нам в сторону выхода и пошел открывать шкафчики с оборудованием и лекарствами. Вслед за ним засуетился медицинский персонал.

Боровский раньше всех взял себя в руки.

– Я скачал все данные МРТ и забрал корректор Алекса. Предлагаю прямо сейчас, в лаборатории, все просмотреть. Какие-то предварительные выводы мы можем сделать.

Ольга кивнула:

– Давайте, только вернем в медблок ребят с корректорами, пусть будут на глазах врачей.

– Сейчас отправлю им сообщения, – согласился Ву.

Мы добрались до лаборатории, где я без сил рухнул в кресло. Лео присела рядом на круглую табуретку.

– Что у тебя там в кармане, что ты выпустить боишься? – спросила она, то ли отвлекая меня от печальных мыслей, то ли действительно интересуясь.

– Китайское лекарство. – Я показал ей блистер.

– Я категорически отказываюсь от этого компота. – Лео жестко выдержала мой взгляд. – Можешь выкинуть свой шприц из кармана и забыть о нем, ясно? Раз ты умеешь справляться с распадами, значит, научишь меня. Я не хочу ни под капельницей лежать, ни способностей лишаться.

– Как мне жить без тебя, если что-то случится? – Я сильнее сжал шприц.

Она пожала плечами:

– Справишься. Заведешь себе… Ольгу.

Я поперхнулся и закашлялся. Чего-чего, а ревности к Ольге не ожидал.

– Лео, давай серьезно.

– У нас очень серьезный разговор, Алексей. Предельно. Выбрось шприц.

Я кивнул. И не выбросил, засунул глубже в карман.

– Знаешь, что страшно? – через минуту спросила Лео. – Что, если бы ваши попытки вызвать распад у тебя оказались удачными, на месте Алекса оказался бы ты.

Я тяжело вздохнул:

– Ву с Ольгой все твердили о том, как они будут проводить свой тест только на тех, кто сам согласится. В итоге пострадал человек, который никакого разрешения дать не успел.

– Ты винишь себя в этом? – Лео пытливо посмотрела на меня.

– Нет, – медленно ответил я. – Это трагичное стечение обстоятельств. Но, возможно, если бы мы лучше постарались, этого не случилось бы.

– Мне кажется, вы вполне себе постарались, – откликнулась Лео.

В лаборатории собралась вся команда Ольги. Из-за того, что людей стало много, использовать обычные настольные мониторы оказалось неудобно. Ву последовательно включил несколько огромных настенных, на которые вывели графики, снимки МРТ и какие-то таблицы с цифрами.

Через несколько минут Ву подошел к нам:

– Вам пока здесь совершенно нечего делать. Идите отдохните. Если мы разберемся в ситуации, обязательно позовем. Разбудим, если надо будет.

Но вот что-что, а спать я не собирался. Лео была без корректора. А, как мы увидели, распады вовсе не отступили.

В номере Лео ушла в ванную, а я плеснул себе виски и вышел со стаканом на балкон. Никогда ничего не наладится. Что бы мы ни делали, ситуация снова выворачивается наизнанку.

Через некоторое время Лео тоже вышла на балкон со стаканом виски.

– Ты расстроен? – Она смотрела на меня.

– Устал. – Я сделал большой глоток. – Просто чертовски устал от всего этого.

Мы стояли молча. Смотрели, как звезды раскрашивают темнеющее небо. Как снизу им подмигивают оранжевые фонари.

К своему удивлению, ночью я спал. Обняв Лео, прижавшись к ней всем телом, чувствуя ее тепло.

В лабораторию Ву позвал нас только через два дня. Все это время мы с Лео провели совершенно бездарно, не привнеся в общую деятельность ничего полезного.