Потом тихо вышел из комнаты, пошел в гостиную. Несмотря на утро, нашел бутылку с виски и, плеснув себе на дно стакана, встал у окна. В голове не было мыслей, я не испытывал ни радости, ни печали – чувствовал лишь пустоту внутри. Отпил немного, глядя на синее небо за окном, потом сел в кресло, полностью откинувшись на спинку. Почему-то подумалось: «И здесь они нашли его труп». Я слегка улыбнулся. Сделал еще глоток, прикрыл глаза и задремал.

Часть вторая. Околоземная

Глава 1

Жизнь в институте постепенно приходила в норму. Первые несколько дней после пробуждения людей я еще был на нервах. Следил за графиками состояния. Не спал ночью – боялся не услышать тревожного сигнала. Урывками досыпал днем. Но со временем пришло доверие к работе корректоров. Распады не возникали, и меня потихоньку начало отпускать.

Было приятно видеть привычные лица в лабораториях, коридорах, столовой. Здание снова наполнилось движением. По вечерам в зонах отдыха стоял гвалт, то тут, то там перемежаемый вспышками смеха. И я постепенно начал принимать это как должное.

Пока не понял, что в наладившемся мире для меня не осталось места. Снова велась научная работа. Райли планировал глубже исследовать возможности воздействия на наши способности через мозговые ритмы и улучшать конструкцию корректора. А в этой деятельности я мало чем мог помочь. Как испытуемый был уже не особо нужен, как ученый – тем более.

Спустя две недели собрался уезжать Боровский. Все это время он очень ждал, что ему предложат остаться. Но этого так и не случилось, а попросить не позволила гордость. Поэтому в один из вечеров, когда мы с Райли, Ву и Акихиро сидели в комнате отдыха, он зашел туда с уже собранными вещами. Уныло сообщил, что вот-вот за ним приедет такси и он заглянул попрощаться.

Ярославу, как всегда, крупно не повезло. Зашел он в момент очень жаркого спора. Причем, по иронии судьбы, спорили мы как раз из-за предложения остаться, которое Райли сделал другому ученому. Которой, по моему мнению, не должно было быть места в нашей команде. Из-за того, что негодовал, я не особо стесняясь в выражениях, Боровскому от Эванса достался лишь недовольный взгляд и сухое пожелание доброго пути. Совсем расстроившись, Ярослав уже развернулся к двери, когда я его окликнул:

– Стой! Провожу тебя. – И резво поднялся с кресла.

– Вернись потом сюда, мы не договорили, – раздраженно бросил мне Райли.

Я только кивнул и вслед за Боровским двинулся к выходу.

– Ты неудачно зашел, – сообщил я ему в спину. – Мы ругаемся, вот и попал под горячую руку. Против тебя Райли ничего не имеет, просто я его разозлил.

Ярослав пожал плечами и ускорил шаг.

Я подозревал, что с отъездом Боровского в институте многие вздохнут свободнее. Но, если абстрагироваться от его постоянных претензий и нотаций, он довольно забавный и точно оживлял нашу команду. А в кризис реально нам помог.

Посадив Ярослава в такси, я некоторое время стоял под дождем, глядя, как машина исчезает в мокром тумане.

Зайдя в холл, отряхнул капли с одежды. Идти в комнату отдыха не очень хотелось. Все, что можно, мы уже сказали, добавить-то и нечего. Но, тяжело вздохнув, я все-таки поплелся туда.

– Ага, вернулся. – Райли отошел от окна, но не сел, остался стоять.

Я же, наоборот, плюхнулся в кресло возле столика, за которым сидели Ву и Акихиро. Заглянул в чайничек, убедился, что чай совсем закончился и ничего нацедить не получится. С грустью бросил взгляд на кофемашину, но вставать было уже лень.

– Алексей, Ольга останется в институте, – твердо смотря мне в глаза, Райли словно поставил точку в нашем предыдущем разговоре.

– Прекрасно! В кладовке рядом с лабораторией можешь организовать ей оружейную комнату.