Ву, наконец-то получив свои тарелки, замолчал, и ели мы в тишине.

После моего завтрака – а его обеда – вместе пошли в ангар.

Снаружи корабль выглядел так же, как до ухода в разрыв. Я разглядывал его, подмечая все те же сколы и царапины, которые старательно запоминал вчера.

Ву, заметив, чем я занимаюсь, открыл на экране две схемы корабля.

– Я уже сравнил сканы из стартовой точки и после перемещения. Снаружи – полная идентичность. Обшивку изменения почему-то не затронули. Даже вмятин новых не добавилось.

– Удивительно. – Я подошел ближе и провел рукой по поверхности дюз. – Как такое может быть?

– Это хорошо. Это значит, что принципиально перенести корабль из точки в точку мы можем. Просто нужно понять, что во время переноса происходит у него внутри.

Ву бросил взгляд на таймер.

– До окончания сканирования еще часа полтора. Можешь не ждать здесь, а сходить прогуляться.

Сначала я думал все-таки дождаться результатов вместе с Ву, в ангаре. Но, постояв минут десять, решил пройтись. Открыл на коммуникаторе карту станции и пошел по коридорам. По пути разглядывал служебные надписи, навигационные знаки, маркировку на стенах и шлюзах. Постепенно стал ускорять шаг. За последние недели я соскучился по открытому пространству, возможности просто бежать вперед, не натыкаясь на стены. Удивительно, но спортивные тренажеры, которые были на любом корабле, меня совершенно не привлекали. Я с удовольствием прыгал по астероиду, пока роботы собирали руду, но подходы к беговой дорожке делал неохотно и через раз. И сейчас, когда попадались длинные коридоры, я радостно срывался на бег, чувствуя, как приятно отзываются на это мышцы в ногах.

Скоро я перестал смотреть на карту. Шел, бежал и думал – о том, сколько всего со мной произошло с момента, как я узнал о включении в состав четвертой звездной. О том, что согласие участвовать в ней перевернуло всю мою жизнь с ног на голову. С тех пор я плыл, тонул, боролся с закрутившим меня течением, проходя все его водовороты, – и все еще не понимал, удастся ли когда-нибудь выплыть на берег.

А Лео… Лео словно моя тростинка, способная вытащить из любой пучины. Чуткая, сильная, бесстрашная. Как же мне научиться не воспринимать ее рядом как должное? Не срывать раздражение, не игнорировать. Не просто ценить то, что она со мной, а сделать так, чтобы она это увидела и почувствовала. Почему такому не учат в школах и институтах? Ведь, по сути, неважно, сколько формул ты знаешь и как быстро можешь написать код. Важно уметь удерживать рядом с собой близких людей. Именно они – источник настоящей жизненной силы. Они дают способность справляться с любыми невзгодами. И только ради них, их благополучия и улыбок, есть смысл совершать настоящие подвиги. Выживать в распадах. Передвигать корабли в разрывах пространства.

Писк коммуникатора вырвал меня из раздумий. И только сейчас я осознал, что уже довольно давно бегу трусцой и совсем не представляю, где нахожусь. Остановившись на звук, сбился с дыхания. Наклонился, упершись руками в колени, стукнул по браслету, активируя аудиорежим.

Не успел ничего сказать, как в ушах раздался голос Ву. Ровный, четкий и спокойный:

– Алексей, мы уже минут двадцать как готовы к осмотру корабля. Ты где? Далеко?

Открыв карту, я нашел свое положение относительно ангара. К счастью, он оказался рядом, всего в паре коридоров.

– Буду через пять минут.

А неплохо побегал. Ноги отдавали приятной тяжестью, а выработанные во время пробежки эндорфины растянули губы в нелепую улыбку. В ангар я ввалился разгоряченный, все еще толком не отдышавшись, с бисеринками пота на висках.

Ребята расступились, Ву окинул меня удивленным взглядом, но ничего не сказал. Я достал из чехла и нацепил на плечо экшен-камеру, которую мы покупали вместе с Лео.