Я растекался по кораблю. Но собирал внутри себя что-то горячее, к чему скоро смогу потянуться, чтобы обрести целостность.

Где-то в остатках сознания пульсировала мысль, что нужно держаться в границах, нельзя пересекать их.

Наконец горячего оказалось достаточно, чтобы я начал тянуться назад к себе. Вот он, первый вдох, вот границы моего тела.

Я фонил.

Райли и Ву не подходили. Так и стояли в отдалении, глядя на меня.

– Порядок? – спросил Эванс, когда фон почти стих.

Я кивнул, пока не в силах говорить. Поднял камеру с пола и прицепил снова на плечо.

Черт знает что сейчас произошло. Опять какая-то новая вариация. И что это было?

– Алексей, точно порядок? – взгляд Райли все еще был настороженным.

– Точно. – Я отвернулся от него и пошел в сторону рубки. – Догоняйте уже.

Рубка, как и в первый раз, оказалась абсолютно пуста.

– Может быть… – Райли оглядывался по сторонам. – Может, дело в том, что корпус опережает то, что внутри него? А то, что внутри, доходит с разной скоростью и накладывается при выходе друг на друга?

– Возможно, – отозвалась Ольга.

Видимо, Райли переключил коммуникатор на громкую связь, чтобы я тоже ее слышал.

– Схема расположения ДНК пока до конца не готова, но все равно уже можно говорить о том, что все найденные части смещены к корме. В рубке ничего не найдено.

– Заколдованная рубка, – пробормотал я.

Мы еще погуляли по кораблю, но никаких интересных вещей больше не обнаружили.

– Ну что же, снова рутина? Разбираем и сортируем завалы? – поинтересовался Ву, когда мы отправились в обратный путь.

– Черный ящик заберите, – напомнила Ольга. – Вдруг в нем что-то уцелело.

Ву сверился со схемой разрушений предыдущего корабля и без труда нашел черный ящик почти в том же самом месте. Как и прошлый, на первый взгляд он выглядел целым. Ву подхватил ящик, и мы пошли обратно к шлюзу.

Выходя наружу, я надеялся, что, пока мы ходили, Лео вернулась в ангар: утром она ведь была здесь. Но Лео так и не появилась.

Я еще раз обошел корабль, а потом случайно посмотрел на руку. Что-то с ней было не так. Следы от вчерашних царапин еще оставались, но какие-то тусклые, будто почти зажившие. Хмыкнув, я подошел к Ольге.

– А ты можешь запустить сканер ДНК еще раз? – Я показал ей ладонь.

– Надо же. – Ольга удивленно осмотрела сначала руки, потом лицо. – А над бровью рубец так и остался. Хорошо, запущу, посмотрим, что получится. К вечеру будет готово.

Райли готовился начать разборку корабля. Пока я говорил с Ольгой, он уже начал отдавать команды инженерам. Тормознув его и объяснив, что мы хотим сделать, я попросил перенести разборку на завтра.

Новую карту следов ДНК мы смогли увидеть только поздно вечером. Значительной части обнаруженных утром точек на ней не оказалось.

– Любопытно. – Райли сделал наложение картинок и сейчас рассматривал разницу.

– Ага, – согласился я. Хотя уже всем нутром ощущал передозировку любопытного.

Мне срочно нужно было к Лео. Уткнуться в ее волосы, вдохнуть их запах. Вернуться к простым человеческим радостям, отбросив все любопытное.

Выйдя из ангара, я несколько раз пробовал связаться с Лео и по коммуникатору, и по телефону. Но ответа не было. Написал, что готов проползти на коленях по спиральной лестнице, ведущей в катакомбы Ком-эль-Шукафа в Александрии, если это поможет искупить мою вину.

«Ползи», – прислала Лео, но ночевать опять не пришла.