Кейт нежно коснулась его руки.

— Мне так жаль, Джек.

Он прикусил нижнюю губу.

— Один тип выкладывал на тот сайт видеозаписи ее пыток. Каждый день в течение недели. Она продержалась чуть больше недели.

— Боже милостивый... — Кейт зажала рот обеими руками, ее глаза округлились от ужаса.

— Увиденное изменило меня, понимаешь? Я стал безжалостен и не привередлив в методах. Это же подвигло меня написать книгу. Я всегда был способен узнавать людей, наделенных даром видеть убийц. Меня словно притягивает к ним. Я хотел бы обладать их способностью, но мне не суждено. За свою жизнь я встретил немало таких людей. У меня врожденное стремление защищать их. Полагаю, во мне есть что-то от пастушьей собаки — я хочу защищать невинных от волков. Но волки слишком часто меня опережают. После... После ее смерти у меня возникла идея написать книгу, чтобы отыскать людей со способностью и помочь им.

— Выходит, ты написал книгу из-за нее? — Кейт не хватило смелости спросить о ее имени. Она не хотела заставлять Джека произносить его.

Он кивнул.

— К тому времени я уже начал заниматься исследованиями, и у меня были какие-то наброски, но лишь после ее смерти я по-настоящему посвятил себя книге. Я написал достаточно, чтобы люди, наделенные твоим зрением, и те, кто был с ними знаком, — как А-Джей, — могли понять, о чем я пишу, и, как я надеялся, захотели бы связаться со мной. Я не хотел выслушивать любопытствующих, меня должны были разыскать лишь немногие, особые люди. Для этого требовалось приложить усилия — своеобразная проверка силы воли. Я написал книгу из-за этой девушки. Я уже не мог ее спасти, но она помогла мне спасти других. Я посвятил эту книгу ей — «Р». Я не стал писать имя полностью — ее звали Рита, — поскольку не хотел, чтобы убийца узнал его.

— Его поймали? — спросила Кейт в натянутой как струна тишине.

— Нет. — Джек помотал головой. — Он по-прежнему обитает на том сайте, я узнал его публикации. Он все еще на свободе и охотится на таких, как ты. Полагаю, он убил другую женщину, похожую на Риту — хрупкую блондинку с короткой стрижкой — но я не уверен.

— А вы... с ней... были близки?

— Нет, — он понял, о чем она спрашивает, и махнул рукой, отметая это предположение. — Я не успел ее как следует узнать, ведь с нашего знакомства прошло слишком мало времени. У нас не было возможности узнать друг друга. Она была жизнерадостной, открытой и дружелюбной, но лишь до определенной степени. Она была весьма осторожна и никого не подпускала к себе слишком близко. Но она была совершенно особенной, и я думал, что когда-нибудь у нас с ней появится шанс на отношения, понимаешь? Этого так и не произошло. Она... она внезапно... пропала. Я отчаянно пытался найти ее, и мне удалось выследить маленького потного отморозка по имени Сид, которого она упомянула в нашу первую встречу. Он работал уборщиком в здании, где располагался ее офис. Как только я его увидел, то понял — ему что-то известно. Когда я посмотрел ему в глаза, он развернулся и попытался сбежать, но я остановил его. Отвечая на мои вопросы, он прикрывал рукой рот и тер глаза. Он нес бессвязный бред о том, чего я не спрашивал, лепетал о чем угодно, только не о том, что я хотел знать. Тогда я отвел его туда, где мы могли поговорить без свидетелей. Когда я сказал Рите о ее особом зрении, она спросила, не намекаю ли я на Сида, поэтому я знал, что Сид убийца, пускай и не видел ничего в его глазах.