Он ждал с выражением учтивого интереса.

Мгновенье Вики колебалась между гневом и изумлением. Последнее победило, и она рассмеялась.

– Ты можешь проследить за тем деревом, которое я обнаружила. Какой ветер там дует, ведь он – чтоб ему пусто было! – все время перемешивает воздушные течения, уж это я могу сказать определенно. Если ветер изменил направление снова, то дует сейчас с полей. Если кто‑то появится там с ружьем тридцатого калибра наперевес и примется ожидать появления подходящей мишени, хватай его, и дело будет закончено.

– Хорошо.

Вампир попытался встать, но Вики перекинула ногу к нему на колени, удерживая его на месте.

–Так будет лучше и не вздумай, пожалуйста, изумленно выгибать брови. Если мы будем продолжать подобным образом и дальше, закончится все тем, что примемся срывать друг с друга одежду прямо на кухне, чем непременно скомпрометируем себя в глазах хозяев. А я совсем не хочу, чтобы это случилось, поскольку на мне одна из моих любимых футболок. Так что теперь, когда мы оба продемонстрировали, как хорошо можем владеть собой, что ты скажешь насчет того, что мы назовем мой поступок провокацией и перейдем к делу?

– Я совершенно ничего не имею против. – Фицрой протянул руку, намереваясь, в наилучших романтических традициях, удержать женщину в своих объятиях, но внезапно обнаружил, что лежит на кровати и она крепко прижимается к его губам.

Футболку ее он не разорвал, специально концентрируя на этом внимание.

В конце концов он завладел инициативой, и когда его зубы прокусили кожу на запястье Вики, она вскрикнула, глубоко впиваясь пальцами свободной руки ему в плечо. Ее тело продолжало двигаться под ним, пока, он пил, женщина затихла, только когда он вылизал ранку дочиста; коагулянт, содержащийся в его слюне, моментально остановил кровотечение.

– Это было… изумительно, – вздохнула Вики мигом позже, ее дыханье обдавало теплом лоб Генри.

– Благодарю тебя. – Солоноватый запах ее кожи наполнил его нос, горло и легкие. – Я и сам был крайне приятно изумлен. – Фицрой повернулся, чтобы видеть ее лицо. – Скажи, ты всегда занимаешься любовью с очками на носу?

Она засмеялась и поправила их дрожащим пальцем.

– Только в первый раз. После я могу полагаться на память. А в отношении некоторых вещей память у меня просто феноменальная. – Вики подвинулась, просто для того, чтобы почувствовать, что его тело тоже переместилось, сопротивляясь ее отдалению. – Ты всегда такой холодный?

– Пониженная температура тела. Тебе неприятно?

– В разгаре август, и мы находимся в чулане, где не наблюдается ни малейшего дуновения воздуха. Так что как ты думаешь? – Ее ногти рисовали замысловатые узоры вдоль его позвоночника. – Ты великолепен. И все было просто великолепно.

– Было великолепно, – отозвался Генри, вторя подобно эху. – Но я должен идти. – Он произнес это с нежностью, вставая и проводя рукой вдоль контуров ее гладкого тела – Ночи становятся короткими, и если ты хочешь, чтобы я помог тебе разобраться с этим случаем…

– Не мне, а твоим друзьям вервольфам, – поправила Вики, зевнув, слишком удовлетворенная, чтобы реагировать на саркастические замечания этого умника. – Разумеется, иди. – Она освободила ногу из его рук и стала наблюдать, как вампир одевается. – Когда мы снова займемся этим?

– Следует подождать немного. Кровь должна обновиться.

– Ты не смог сделать больше нескольких полных глотков; как долго протянется это «немного»?

Заправляя рубашку в джинсы, Фицрой наклонился и поцеловал ее, втянув на мгновение в рот нижнюю губу женщины и нежно прикасаясь к ней зубами.