Изменить размер шрифта - +

Песня закончилась, и граф воскликнул:

– Достаточно! Время выступать. Где карты? – И один из младших офицеров поспешно выступил вперед с планшетом в руках.

– Полковник, – тактично вмешался Луиджи Кастелани, – дорога отлично проложена и имеет соответствующие знаки. К тому же с нами двое местных проводников…

Граф проигнорировал его и обратился к картам, которые уже развернули перед ним на капоте «роллс-ройса».

– Ага! – Он внимательно изучил карты, потом поднял голову и обратился к двум своим капитанам: – Встаньте по обе стороны от меня. Майор Вито – вы вот здесь. Примите серьезный и строгий вид, пожалуйста, но не смотрите прямо в объектив! – Он королевским жестом ткнул в Йоханнесбург – в четырех тысячах милях к югу, – и достаточно долго пребывал в этой позе, чтобы Джино успел запечатлеть его. После чего он забрался на заднее сиденье «роллса» и стоя выбросил руку вперед, героическим жестом указывая направление похода – в сторону пустыни Данакил.

Луиджи Кастелани по ошибке принял этот жест за команду трогаться и громовым голосом, напоминающим рев быка, произнес серию команд, которые как разряд электричества привели весь батальон в лихорадочное движение. Солдаты, все в полном боевом снаряжении, нагруженные подсумками с сотнями патронов, разом забрались в крытые грузовики и заняли места на длинных скамейках, зажав винтовки между коленями.

Однако, когда все шестьсот девяносто солдат расселись по машинам, полковник снова выбрался из «роллс-ройса» на дорогу. По случайному совпадению судьба распорядилась так, что машина остановилась прямо напротив местного казино.

Это было официальное лицензированное учреждение, под чьей сенью размещались молодые девицы, которых привозили из Италии работать по контракту на шесть месяцев для удовлетворения плотских нужд доброго десятка тысяч изголодавшихся по женскому телу мужчин, вынужденных томиться в этом диком краю. У очень немногих из этих юных леди хватало сил и выдержки на то, чтобы подписать новый шестимесячный контракт, да никому из них это и не было нужно. Они и за первый срок накапливали достаточно денег, чтобы вернуться в Италию с хорошим приданым и найти себе мужа.

Казино покрывала серебристая крыша из рифленого оцинкованного железа, а ее свесы, так же как и балкончики, были украшены узорным кованым железом. Окна комнат девочек выходили прямо на улицу.

Молодые хозяйки этих апартаментов, которые обычно вставали не раньше полудня, сегодня были раньше времени разбужены громкими командами и клацаньем оружия. И сейчас столпились на длинной веранде второго этажа, одетые в яркие, но легкие и короткие ночные рубашки; они уже поддались всеобщему возбуждению, хихикали, смеялись и посылали офицерам воздушные поцелуи. У одной из них в руке оказалась бутылка ледяного вина, которое, как она знала по опыту, было любимым напитком полковника, и она поманила его этим холодным, запотевшим сосудом.

А полковник внезапно почувствовал, что от пения и возбуждения у него возникли сильная жажда и голод.

– Посошок на дорожку, как принято говорить! – шутливо предложил он и хлопнул одного из капитанов по плечу. Большая часть офицеров с готовностью последовала за ним внутрь казино.

Шел уже шестой час, когда один из младших лейтенантов, слегка пьяный, вышел из казино и передал майору приказ полковника:

– Выступаем завтра, на рассвете.

 

Джино стоял на коленях на заднем сиденье «роллса» рядом с графом, держа над его головой зонт, а водитель старался объезжать рытвины и ухабы. Но граф все равно был бледен, его подташнивало, на лбу то и дело выступала испарина.

Сержант Джино хотел как-то подбодрить его. Ему совсем не нравилось, что его добрый граф пребывает в столь печальном состоянии, поэтому он решил вновь раздуть огонь боевого настроения, которое владело всеми вчера.

Быстрый переход
Мы в Instagram