– Ой, как мило.

Ненакрашенные губы Китти улыбнулись ему в ответ. Трой с удивлением и удовольствием обнаружил, что затейливый изгиб губ, который так восхитил его прошлым вечером, не нарисован помадой, а самый что ни на есть настоящий. Невероятно причудливый и еще более обольстительный.

– Но лучше я сама, – продолжала она. – Кофеварка итальянская… она может взорваться в неопытных руках. – Хотя ее голос почти не изменился, в нем звучала уверенность, что руки сержанта Троя отнюдь не неопытны и, дай им только волю, подтвердят ее теорию на практике. – Это займет всего минутку.

– Полагаю, Китти, вы можете говорить и управляться с этим хитроумным приспособлением одновременно.

– Конечно, могу, – ответила та, ловко налив воды, насыпав кофе и закрутив хромированные вентили. – Короче говоря, пришла Роза и напала  на меня.

– Прямо вот так? – спросил старший инспектор и покачал головой, глядя на Троя, который был готов немедленно сорваться с места и арестовать преступницу.

– Прямо вот так. – Китти включила хитроумное приспособление, потом обогреватель и прислонилась к нему. – Погрею попочку. Не то совсем окоченею.

Она плотно запахнула синий пеньюар, тем самым подчеркнув свои соблазнительные формы.

– Есть предположения, из за чего?

– Из за ревности. Из за чего еще? Она убила Эсслина, потому что ей было невыносимо видеть его счастливым. А потом пришла за мной.

– Но они пробыли в разводе два с лишним года. Очевидно, если бы ей было невыносимо видеть его счастливым, она предприняла бы что нибудь гораздо раньше.

– Ах… – Китти вытряхнула сигарету из пачки. Трой повел ноздрями. – Раньше не было ребенка.

– Пожалуй, вам лучше рассказать все с самого начала.

– Ладно. – Китти закурила сигарету, затянулась, кашлянула и сказала: – Знаю, трудно поверить, но у нее хватило наглости заявиться сюда и потребовать, чтобы, когда родится ребенок, я отдала его ей и старикашке Эрни.

– А вы что ответили?

– Я ничего толком и не ответила. Честно говоря, это было так забавно, что я рассмеялась. А раз начав, я уже не могла остановиться. Знаете, как это бывает…

Она подмигнула Трою, который, и без того страдая от дыма ее «Честерфильда», едва не рухнул от такого удара по нервам.

– А почему это было столь забавно?

– Потому что никакого ребенка нет.

Наступила пауза, слышалось только громкое клокотанье и фырканье кофеварки. Потом Барнаби сказал:

– Нельзя ли прояснить, Китти? Вы хотите сказать, что у вас произошел выкидыш? Или что никакого ребенка не было изначально?

– Не было изначально.

– Полагаю, Эсслин этого не знал?

– Не смешите меня. Думаете, он бы тогда женился на мне? – она улыбнулась с почти сладострастным удовольствием. – Разве я не умная? Вы бы хотели быть таким смышленым, как я?

«Хитрая потаскушка», – подумал Трой. Он посмотрел на Китти, разрываясь между восхищением и негодованием. Сержант прекрасно понимал, что она собой представляет (он частенько подцеплял ее менее удачливых сестер на автобусной станции), но не сознавал, что сам от нее недалеко ушел. Поэтому ее выдержка и решимость снискали его невольное уважение. С другой стороны, она явно выставила на посмешище представителя сильного пола, а с этим он смириться не мог. Совсем не мог.

– И что вы собирались предпринять, когда бы ваше положение – точнее, его отсутствие – обнаружилось?

– Ну, скорее всего, я бы слегка навернулась с лестницы. Не слишком больно. Но у бедного малютки, – печальный вздох перекрыл нахальную усмешку, – не было бы шансов.

– Стало быть, смерть вашего мужа оказалась весьма своевременной?

– Верно.