Джони сбросила рюкзак на пол.

– Джони! – Мэгги вскочила на ноги, уронив стул, и кинулась на шею подруге.

– Глазам своим не верю! – Хелена громко рассмеялась и присоединилась к ним.

Лиз тоже не осталась в стороне. Подруги радостно обнимались, целовались, прыгали от счастья. От Мэгги, как и раньше, пахло травяным шампунем, от Хелены – дорогим увлажняющим кремом для лица, которому она не изменяла годами, от Лиз – свежевыстиранным бельем. Джони вдыхала эти ароматы и чувствовала, как к глазам подступают слезы. Наконец-то она дома!

Мэгги первой высвободилась из объятий и, тяжело дыша, сказала:

– Мы и не надеялись тебя здесь увидеть! Как же гастроли? Лиз была в курсе?

– Я решила преподнести вам сюрприз! – усмехнулась Джони. Она дотронулась до щеки Мэгги. – Как же я скучала по этой мордашке. Материнство тебе к лицу. Как Фиби?

Глаза Мэгги загорелись.

– Чудесно!

Джони обратилась к Хелене:

– Ты только погляди! Челка тебе очень идет!

Каре Хелена носила годами, а недавно она решилась на челку, которая теперь ровной линией пересекала лоб.

– Прячу межбровную складку, – разоткровенничалась Хелена.

Джони взяла Лиз за руку.

– Мы здесь благодаря тебе. Подумать только, Норвегия! Помните реферат по географии? Все, как мы мечтали. – Ощущение безграничной радости наполнило сердце. Этот миг хрупкого неожиданного счастья, окутавшего ее золотистой дымкой, был так прекрасен своей безусловной красотой, что у Джони перехватило дыхание, и в груди разлилось тепло.

Ее взгляд упал на лежащую на столе карту.

– Наш маршрут? И где здесь гора?

Хелена и Мэгги молча переглянулись.

– Что не так? Мы же в горы идем? Или я чего-то не знаю?

Мэгги смущенно потупила взор.

– Только не говорите мне, что все отменяется. Я скупила весь чертов магазин туристического снаряжения.

Хелена, не сводя взгляда с Мэгги, произнесла:

– Мэгз?

Мэгги медленно подняла глаза.

– Ну что с вами поделаешь? В горы так в горы! Будь они неладны.

Лиз рассмеялась, как показалось Джони, с облегчением, и начала рассказывать про маршрут, по которому им предстояло пройти, и места, где можно будет разбить лагерь. Девушки разом возбужденно затараторили.

В какой-то момент внимание Джони оказалось прикованным к бару, витрина которого поблескивала стройными рядами бутылок.

– Мне надо срочно выпить! – С этими словами она ринулась к барной стойке.

– Что пить будете? – поинтересовалась барменша.

– Бутылку шампанского, пожалуйста. И двойную порцию водки.

– Шампанского? – искренне удивилась женщина и, приподняв бровь, добавила: – Не часто здесь с такими просьбами подходят.

– Ну или что у вас там еще есть? Главное, чтоб с пробкой.

Сначала принесли водку. Джони, морщась, опрокинула рюмку.

Потом барменша принесла покрытую пылью бутылку шампанского. Поставив ее в ведро со льдом, женщина покосилась на Джони.

– А я вас знаю. Вы же солистка группы… как ее… «Хорс Флай». Мой сын – ваш фанат.

Ничего-то вы обо мне не знаете. Вам невдомек, какая пустота сковывает мое сердце, когда я пою. Не догадываетесь, что в моем райдере значатся только чипсы и водка. И даже не предполагаете, что, когда ко мне подходит пацан и говорит, что мечтает стать таким, как я, мне хочется схватить его за плечи и сказать: «Беги отсюда, не оглядываясь!»

– Угадали! – Джони одарила ее лучезарной улыбкой.