|
Наклонив голову, подруга скрутила волосы жгутом и быстро отжала их. Вытатуированных птах на ее запястье Хелена уже видела, а вот татуировка на бедре была новой. Когда-то Хелена знала все о ее татуировках и их значении, но те времена остались в далеком прошлом. Их дружба претерпела изменения не в лучшую сторону. Джони всегда отличалась талантом стремительно возносить людей на пьедестал, а потом так же быстро свергать их оттуда.
– Смотрите! – с беспокойством в голосе произнесла Мэгги и показала в сторону горизонта, откуда надвигалась грозная вереница туч.
– Надо разбить лагерь, – сказала Лиз.
Солнце неуклонно уходило за горизонт. День угасал, вокруг скопились тени. Поднимался ветер. Гребни волн заострились и побелели. Воздух наполнился влагой и ароматами земли.
Забив каблуком ботинка последний колышек, Хелена отошла в сторону и оценила конструкцию. Необъяснимая тревога уже пустила корни в груди.
– Вы уверены, что место для палаток подходящее? Уж как-то очень близко к горе.
Они разбили лагерь у самого конца тропы, в том месте, где склон переходил в пляж. Мэгги боялась сделать лишний шаг и поэтому уговорила всех поставить палатки ровно в том месте, откуда они наутро двинутся в обратный путь.
Хелена подняла глаза на крутой склон.
– Над головами ничего не нависает, – пожала плечами Джони.
– Не в песок же вбивать колышки, – заметила Лиз.
Первые крупные капли дождя упали на ладонь и щеку Хелены.
– Лучше спрятаться. – Лиз и Джони нырнули в палатку.
Мэгги стряхнула песок с рюкзака и с усилием затолкала его в палатку. Гримаса боли исказила ее лицо, когда она вползла следом внутрь.
– Все хорошо? – спросила Хелена, застегивая молнию на входе.
– Да спина опять!..
От порыва ветра тент вогнулся внутрь.
Чтобы создать хоть какой-то уют, девушки надули матрасы, развернули спальные мешки и подложили под головы в качестве подушек свернутую одежду. Они решили, что обойдутся без приготовленной на горелке еды, поэтому вытащили из рюкзаков питательные батончики, которыми и утолили голод. Лежа в спальнике и наслаждаясь злаковым вкусом лакомства, Хелена прислушивалась к звукам разбушевавшегося дождя.
Снаружи просачивался свет. Холодок беспокойства, которое она всегда испытывала с приходом ночи, заставил Хелену достать телефон и проверить сообщения. Сигнал не появился.
– Есть что-нибудь? – с надеждой в голосе спросила Мэгги.
Хелена помотала головой и закинула телефон обратно в рюкзак.
Девушки прислушались к усиливающемуся шуму ветра.
– Как ты думаешь, что Эрик делал в лесу? – спросила Хелена.
– Трудно сказать. Похоже, он не удивился, увидев меня.
– Получается, следил?
– Кто его знает? Вполне возможно. Он как из-под земли вырос. Стоит, вытаращив на меня глаза. Назвал меня Карин. А потом… когда появились вы, словно в воздухе растворился.
Мэгги бросила взгляд на вход палатки.
– А вдруг он все еще там?
Хелена сжала руку подруги в своей и в тот момент, когда в ткань ударил очередной порыв ветра, сказала:
– Успокойся. Нам ничего не угрожает.
Поиски
Лайф бежит по тропе навстречу ледяному ветру. Его движения стремительны и выверенны. Он тщательно выбирает опору для ног. Пружинистый травяной ковер остался позади, и сейчас под ногами только камни, разлетающиеся при каждом шаге в разные стороны.
По мере накопления в мышцах молочной кислоты боль в икрах усиливается. Лайф дышит ровно, вдыхая и выдыхая через нос.
Жажда уже дает о себе знать, однако раньше следующей вершины остановок не будет. |