– Как не понять, – грустно ответила Яна, – судя по всему, ей дали попробовать либо марихуану, либо что-то еще наркотическое. Н-да, во всяком случае, дело дрянь… Боюсь, что Берта эта плохо кончит. Что-то подсказывает мне это.

– Ты давай читай дальше, интересно же, – поторопила Маргоша, отправляя в рот последний кусочек берлинского печенья.

***

Из дневника Берты

26 июля 1955 года

Сегодня у меня какое-то странное, щемящее чувство… Но это не тоска… Нет… Просто предчувствие чего-то нехорошего… Может, это последствие выкуренной тогда Джулькиной сигаретки. Я пристрастилась к ним, сама того не понимая, как это произошло… После той истерики, что произошла со мной, когда я впервые затянулась сигаретой, я уже больше не хохотала и не кашляла…

Наоборот, каждый раз, когда выкуривала волшебную сигаретку, на меня нападала какая-то странная пелена спокойствия – мне все казалось таким простым, незначительным, словно игрушечным…А сама себе я казалась исполином, волшебницей, которой подвластно всё и все… Правда, иногда меня тошнило… Но я всегда умело отбегала в кустики, и никто не замечал, как меня выворачивало наизнанку… А потом я долго плавала в реке и приходила в себя в прохладной, мягкой, убаюкивающей прозрачной воде…

Сегодня Рудольф предупредил меня, что ночью на реке будет какой-то не то сейшн, не то банкет… Я точно не поняла… Он сказал, что к нему приедет друг из Москвы, с которым он не виделся почти полгода – тот уезжал с родителями заграницу. И Рудольф обещал меня представить другу как свою невесту! Если бы он сказал это мне месяц назад, я бы, наверное, умерла бы от счастья сразу же… А сегодня я лишь молча выслушала его и кивнула головой в знак согласия…С некоторых пор мне стало все равно, что будет с нами потом… Главное ведь – это счастье быть вместе сейчас…

Бабушка давно пытается поговорить со мной начистоту… Мне кажется, она все понимает и жалеет меня…

Мне и самой порой бывает себя немного жалко: словно бабочка, я лечу на огромный костер, имя которому Рудольф… Но его пламя не сжигает меня, а лишь только немного подпаливает каждый раз крылышки…

Что-то будет сегодня… И что за друг такой приезжает к нему… А вдруг, я не понравлюсь его другу? Что тогда будет? Тогда Рудольф бросит меня? Стоп! Что за страшные мысли лезут в голову! Даже думать не хочу о таком! Не может мой Рудольф быть таким! Он просто немного привык к нашим отношениям…

И зря Джулька мне нашептывает, что он встречается со Светкой с соседней улицы! Нет! И еще раз нет! Я спрашивала его! Ему совсем не нравится Светка. Ее отец, правда, говорят, известный архитектор… Но Светка совсем не красива тем более, что она никогда не ездит с нами на реку по вечерам – разучивает этюды, барабаня пальцами по клавишам несчастненького старенького пианино. Это теперь называется заниматься музыкой! На следующий год, я слышала, Светке предстоят экзамены в консерваторию – вот она и зубрит с утра до вечера концерты и сонаты.

Но мне все-таки не по себе немножечко… Кошки все же скребут на сердце… Просто я случайно услышала вчера, как Мотя спросил у Рудольфа: «Свою-то возьмешь завтра?» А Рудольф покосился сурово, шикнул на него, потом посмотрел на меня и тихо что-то ему сказал. Я ничего не разобрала, кроме слов «не для нее». Интересно, кого он имел в виду? Ведь я-то точно буду… Тогда почему и что «не для меня»? Или это «не для меня» совсем не для меня?!

Но вот уже слышны короткие и сочные гудки «Волги». Побегу… А то Рудольф ждать не любит… Еще рассердится…

***

Перевернув очередную страничку дневника, Яна вдруг разочарованно охнула.