– А что же тогда делать? – Яна беспомощно опустилась на стул и машинально отхлебнула горячий напиток. – Тьфу, – возмутилась она, – ты могла бы предупредить, что чай горячий?

– Ну, чего ты сразу взъелась? – обиделась Маргоша. – Чай всегда горячий. Ты просто уже совершенно выпала из времени со своим расследованием. Все хочешь объять необъятное. Ты же помнишь, о чем нас попросил Олег – сидеть и не высовываться! Неужели так трудно выполнить просьбу друга? Он же за нас переживает, да и перед коллегами ему, наверное, уже надоело оправдываться за наши постоянные ляпы.

– Ладно, ладно, устыдила, – сдалась Яна. – Только я все равно буду разрабатывать эту версию. Потому что она мне нравится. Не люблю я всяких пошлостей в виде борьбы наследников за барахло. Лучше уж что-то таинственное расследовать, чем лабиринты человеческой жадности.

– Ну ладно тебе, не обижайся, – виновато засопела Марго. – Я же хлопочу о твоей безопасности. Неужели мы не можем, не выходя из дома, как, например, Ниро Вульф, решать детективные задачки?

– У Ниро Вульфа, если ты помнишь, на подхвате был не только Арчи Гудвин, но и несколько частных сыщиков, которые бегали туда, куда он им приказывал, – огрызнулась Яна и демонстративно придвинула к себе большое блюдо с берлинскими пирожными.

Испугавшись, что Яна в плохом настроении может истребить ее любимое лакомство, Пучкова пошла на попятный:

– Ну, я в принципе согласна с тобой, что что-то из этого можно вытянуть, – миролюбиво сказала она и тихонечко притянула блюдо с пирожными к себе. – Давай попробуем порассуждать. Что это нам дает.

– Бертида – главная героиня последнего неоконченного романа Заволжского, – обрадовалась Яна. – Она глубоко несчастна, потому что попала в секту, и там ее пытали, мучили и даже хотели утопить, но случайно ей удалось спастись. Правда, на этом рукопись обрывается. Та-ак. Теперь Дневник этой самой Берты. Она тоже девушка. Тоже, кажется, не совсем счастлива. Но тут нет речи ни о какой секте. Она просто влюблена в своего Рудольфа и мучается сомнениями, свойственными любой девушке ее возраста и воспитания.

– Но мы же еще не дочитали дневник до конца, – сказала Маргоша, отправляя в рот пятое пирожное и, опасаясь за судьбу остальных шести, предложила, чтобы отвлечь Яну:

– Давай-ка, продолжай читать, и мы потом вместе подумаем, какую параллель можно провести между этими Бертами-Бертидами.

Яна попалась на удочку и радостно принялась снова читать дневник.

***

Из дневника Берты

1 июля 1955 года

Сегодня мы ездили с Рудольфом купаться на озеро… На машине!!! Его отец дал ему покататься на своей новенькой «Волге», и вот мой рыцарь заехал за мной… Бабушка поохала, поохала, да что делать – отпустила… Тем более, что в машине сидели Мотька с Джулькой – они давние Монтекки и Капулетти – о них весь поселок знает уже пару лет, никто и не удивляется давно, видя их все время вместе. Они, наверное, поженятся скоро…

Интересно, а мы с Рудольфом… Мы сможем пожениться? Наверное, еще рано думать об этом… А тем более спрашивать у Него… Что-то он подумает обо мне? Он все время улыбается мне – и я ничего не могу с собой поделать – мне хочется кричать от радости, хохотать, плакать… Наверное, я сильно влюблена…

Сегодня на озере я увидела, как Джулька курит… Раньше я никогда не замечала за ней… Причем она как-то очень старательно разминала сигаретку, потом вдруг высыпала из нее весь табак на салфеточку… Потом взяла из сумочки бумажный пакетик, добавила что-то в табак и осторожно снова набила сигарету.