– Спасибо, Омега, – хрипло прошептал он, немного утолив жажду. – Спасибо, ты меня спасла!

Малютка радостно помахала своим коротким нечёсаным хвостиком.

– Ой, Счастливчик, как хорошо! А теперь ещё немножко поешь, ладно? Вот увидишь, ты сразу почувствуешь себя лучше! – Она оторвала кусочек гусятины и пододвинула его Счастливчику.

Тот разжевал мягкое мясо, проглотил и почувствовал, как жирный сок стекает по его глотке прямо в желудок. Как ни странно, Солнышко оказалась права – он сразу приободрился и почувствовал прилив сил. Малышка продолжала рвать кусок грудки, подсовывая Счастливчику маленькие клочки мяса, которые он заглатывал один за другим. Всё было прекрасно – к нему вернулся аппетит, с каждым проглоченным кусочком его лапы наполнялись силой, а в голове прояснялось. Но вместе с силами к Счастливчику вернулось ощущение реальности – и воспоминание о страшной смерти Клыка обрушилось на него, как удар молнии.

– Свирепые псы не появлялись? – хрипло спросил он.

– Ой, Счастливчичек, не волнуйся, всё уже хорошо, – затараторила Солнышко, жалостливо хлопая глазами. – Ты уже дома, в стае, наши патрульные день и ночь стерегут границы. Успокойся, всё плохое позади. Ты в безопасности, ой!

Чутьё подсказывало Счастливчику, что это не так, что маленькая Солнышко обманывается – но сытость и усталость взяли своё, и он уже не мог противиться им. Его глаза закрылись сами собой, он даже не почувствовал, как его лапы подогнулись, и спасённый растянулся на полу. Очень давно – наверное, с самого детства – Счастливчик не чувствовал себя окружённым такой заботой и пониманием.

Лай блаженно засопел, подставив свой нос Маме-собаке. Она нежно вылизывала его, а он вздыхал и жмурился, чувствуя покой и тепло. Его живот приятно отяжелел от выпитого молока и мягкого мяса, которым Длиннолапые этим вечером накормили щенков. Как хорошо, как уютно жить в логове Длиннолапых! Свет струился сквозь прозрачные стёкла, согревая Лая теплом. Он сладко зевнул и приоткрыл сонные глаза.

– Ты мне расскажешь сказку?

Лай прильнул к боку Мамы-собаки, наслаждаясь её теплом и уютом.

– Конечно. Хочешь, я расскажу тебе про Молнию, самого быстрого пса из стаи псов-воителей?

Лай радостно завилял хвостиком. Конечно, ведь это его самая любимая сказка!

Мама-собака откашлялась.

– Небесные Псы присматривали за Молнией, они любили и защищали его. Но Собака-Земля позавидовала его славе. Она решила, что он живёт слишком долго и ему пора умереть, чтобы она могла забрать себе его быстроту и жизненную силу.

По спине маленького Лая пробежала дрожь. Ему вдруг стало холодно. Солнечный луч, заглядывавший в прозрачный камень, куда-то пропал. Тучи столпились в небе, спрятали Собаку-Солнце. А голос Мамы-собаки звучал гулко и звучно, словно историю рассказывала не она, а сами Всесобаки.

– Однажды Молния стал дразнить Собаку-Землю. Он всегда был неосторожен, порывист и порой жесток, он не знал удержу в своих проказах и не умел учиться на ошибках, поскольку думал, что быстрые лапы всегда унесут его от беды.

Лай приподнял голову и с удивлением посмотрел на Маму-собаку. Он знал, что Молния и Небесные Псы нередко вели себя не слишком хорошо, но это всегда было весело. Он никогда не думал, что они могли кого-то обидеть или причинить зло. Неужели проделки Молнии могли быть не просто потешными, но… жестокими? Неужели он обижал Собаку-Землю?

Ему показалось, что лапа Мамы-собаки, лежавшая на его плече, стала тяжелее.

– Но на этот раз Собака-Земля ждала выходок Молнии и была к ним готова. Она затаилась и лежала тихо-тихо, выжидая. Молния не почуял угрозы, он только пуще разыгрывался и царапал Собаку-Землю всё сильнее и сильнее, так что очень скоро она могла догадаться, куда он нанесёт следующий удар.