– Оно и понятно. Руководители МФП официально не отрицают существование «Summa Perfectionis», да им и непросто было бы это сделать. Но они, по меньшей мере, здорово темнят… К примеру, невозможно получить точный список членов общества. Известно только, что «Summa Perfectionis» ведет научные исследования во многих зонах, приобретенных фондом для «защиты» природы.

– И правда странно. Как получилось, что ни один журналист, занимающийся расследованиями, не накинулся на эту тему?

– Такое бывает сплошь и рядом. Взять хотя бы Бильдербергский клуб или Трехстороннюю комиссию. В прессе их почти никогда не обсуждают. Тех немногих журналистов, которые пытаются проводить расследования, быстро ставят на место.

– Звучит жутковато.

– Вот‑вот. А тебе не кажется, что от всей этой истории к тому же попахивает неоколониализмом?

– Ты думаешь?

– Их так называемая забота о сохранении чужой природы… Все это восходит к временам колониализма, Стефан. Западные люди захватывали обширные пространства, главным образом чтобы добывать там полезные ископаемые, прикрываясь мифом о спасении дикой природы. Ковбойские шляпы, грубые клетчатые рубашки, папироса в зубах… Подумай, и ты поймешь, Стефан, что МФП – прямой наследник колониальных охотников. Все те же действующие лица: экономическая и политическая элита, которая просто погибает от беспокойства об охоте или природе и при этом убеждена в превосходстве западных подходов к управлению природной средой. А в итоге, как обычно, существование и права туземцев просто отрицаются.

– Ты усматриваешь в этом какую‑то идеологию, но я не вижу здесь реальной связи с колониализмом…

– И тем не менее все более чем реально, Стефан. К примеру, британский колониализм под предлогом заботы о сохранении природы проводил едва прикрытую политику сегрегации. По той же дороге пошли, начиная с сорок восьмого года, и власти апартеида.

– Как? И с какой целью?

– Грубо говоря, под этим предлогом белые оставляли для себя обширные охотничьи угодья, не подпуская к ним черных. Затем пренебрегали мнением местных жителей и пользовались их месторождениями и лесами. В наши дни во многих странах Африки неправительственные организации, подобные МФП, добиваются создания природоохранных зон в ущерб интересам местного населения. В Амазонии происходит то же самое. В эту самую минуту миллиардеры скупают сотни тысяч квадратных метров амазонских джунглей под предлогом защиты природы и борьбы с глобальным потеплением. На первый взгляд благородное начинание. Но стоит заметить, что этим миллиардерам до людей нет никакого дела, они готовы разорить экономику целых регионов… поневоле задумаешься, а так ли они благородны, какими кажутся.

– По‑моему, это смахивает на паранойю.

– Нет. Я убеждена, что действия, предпринимаемые МФП для спасения вымирающих видов, преследуют и менее похвальные цели. Очевидно, именно так объясняется кровное родство между этой экологической ассоциацией и политикофинансовыми кругами.

– Тут нужны веские доказательства, Сандрина.

– Да. Вот поэтому‑то мне и необходима твоя помощь. Я убеждена, что «Summa Perfectionis» есть что скрывать.

– А что именно ты хочешь доказать?

– Прежде всего, я полагаю, что МФП позволил многим западным компаниям по сей день сохранять господство над природными богатствами стран Commonwealth, которым обладала Британская империя. Только представь себе, что спустя полвека после своего возникновения этот фонд контролирует более десяти процентов земной поверхности. Я также считаю, что МФП при посредничестве «Summa Perfectionis» осуществляет биоразведку в зонах, которые он якобы охраняет.

– Биоразведку?

– Да.