– Почему бы и нет, – согласился он.

– Выпьешь чего‑нибудь?

Ари задумался. Пропустить стаканчик у Мари Линч. Весьма соблазнительная мысль… Он ступил на скользкий путь.

– На кухне должно быть вино, – добавила она.

– О’кей, – согласился он, сам себе удивляясь.

Он сел на диван, глядя, как девушка идет через гостиную. Длинные черные волосы спадали на грудь, туго обтянутую очень тесной белой майкой. Вдруг Мари замерла.

– Ни фига себе!

– Что случилось?

– Странно. Я была уверена, что в этой бутылке еще оставалось вино…

– Ага, – усмехнулся Ари, – мне знакомо это обидное заблуждение. Мои бутылки с виски тоже опорожняются сами собой.

– Нет. Серьезно. Я откупорила эту бутылку вчера. И когда уходила, в ней оставалось больше трети.

Взгляд Ари потемнел, он тут же вскочил.

– Ничего не трогай! – закричал он, подходя к ней.

Девушка побледнела и взглянула на него вопросительно:

– Ты шутишь?

По лицу аналитика она поняла, что ему не до шуток.

Ари машинально потянулся к куртке. Выругался. Перед поездкой в Женеву он оставил оружие дома. Маккензи схватил Мари Линч за плечо.

– Главное, ничего не трогай, – повторил он.

Замерев на месте, она медленно кивнула.

Ари вынул из кармана носовой платок, обернул им руку, выдвинул кухонный ящик и достал длинный нож.

– Сколько у тебя комнат, кроме гостиной и прихожей? – спросил он шепотом.

– Ванная и моя спальня в конце коридора.

– Оставайся здесь, не шевелись. Жди меня.

Его слова прозвучали как приказ командира. Пытаясь успокоить Мари, Ари ободряюще взглянул на нее и направился в гостиную. Настороже, с ножом в руке, он пересек комнату.

После убийства Мани и Друэна и исчезновения ученых покушение на Мари Линч было более чем вероятно. Пустая бутылка – не бог весть какая улика, но в таком деле лучше перегнуть палку.

Оказавшись перед дверью ванной, он вжался в стену, резко толкнул створку левой рукой и, развернувшись, проник внутрь, держа нож наготове. Медленно осмотрел содержимое шкафчиков слева, а затем справа, убедившись, что ванная пуста. Никаких следов. Никого.

Стиснув нож, Ари осторожно двинулся в сторону спальни, последнее убежище, в котором мог скрываться злоумышленник. Дверь оказалась закрыта. Он скользнул вдоль стены, встал перед дверным проемом и с силой ударил ногой по замку. Дверь распахнулась, так что стала видна неубранная комната.

Как будто никого.

Все его чувства обострились. Отработанными движениями, усвоенными пятнадцать лет назад в армии, Ари в два приема проник в комнату, стараясь не подставляться.

Едва Ари добрался до середины комнаты, как за спиной у него раздался страшный грохот и кто‑то нанес ему мощный удар по затылку.

Ари качнуло вперед, и, оглушенный, он рухнул у кровати. С яростным рыком он мгновенно развернулся, встряхнул головой, чтобы прийти в себя, и заметил, как человек, только что выбравшийся из стенного шкафа, бросился к коридору. Седой мужчина в перчатках сжимал деревянную трость, которой и треснул аналитика по голове. Сомнений не было: этот же человек, судя по описанию, напал на Кшиштофа. Ари вспомнил слова Залевски: «Ну, этого будет нетрудно опознать. Настоящий герой комиксов!»

Ари вскочил и бросился за беглецом.