«Король Альфонзо, из земли далекой

         Какая нам о мучениках весть?

         Оказана ль им погребенья честь?

         Смягчился ли Мирамолин жестокий?»

         «Свирепый мавр хотел, чтоб их тела

         Без погребенья честного истлели,

         Чтоб расклевал их вран иль псы их съели,

         Чтоб их костей земля не приняла.

         Но божий там молнии пылали;

         Но божий гром всечасно падал там;

         К почиющим в нетлении телам

         Ни пес, ни вран коснуться не дерзали.

         Мирамолин, сим чудом поражен,

         Подумал: нам такие страшны гости.

         И Педро, брат мой, взял святые кости;

         Уж на пути к Коимбре с ними он».

         Все алтари коимбрские цветами

         И тканями богатыми блестят;

         Все улицы коимбрские кипят

         Шумящими, веселыми толпами.

         Звонят в колокола, кадят, поют;

         Священники и рыцари в собранье;

         Готово все начать торжествованье,

         Лишь короля и королеву ждут.

         «Пойдем, жена моя Урака, время!

         Нас ждут; собрался весь духовный чин».

         «Поди, король Альфонзо, ты один,

         Я чувствую болезни тяжкой бремя».

         «Но мощи мучеников исцелят

         Твою болезнь в единое мгновенье:

         За прежнее твое благоволенье

         Они теперь тебя вознаградят.

         Пойдем же им во сретение с ходом;

         Не замедляй процессии святой;

         То будет грех и стыд для нас с тобой,

         Когда мощей не встретим мы с народом».

         На белого коня тогда она

         Садится; с ней король; они за ходом

         Тихонько едут; все кипит народом;

         Дорога вся как цепь людей одна.

         «Король Альфонзо, назади со мною

         Не оставайся ты; спеши вперед,

         Чтоб первому, предупредя народ,

         Почтить святых угодников мольбою.