В голове словно что‑то взрывается, наполнив эфир гулом, тупо проникающим сквозь кости черепа.

Нет, я, конечно, вполне допускаю, что он это сделал не нарочно… Метил в лоб носорогу, а тут я подвернулся. Но все равно обидно и больно.

Гигантский зверь мотнул головой из стороны в сторону, словно отгоняя назойливую муху, и повалился на бок.

Пропахав борозду, височный рог зарылся в землю, часть которой попала и на меня.

– Улюлюм – Великий Сокрушитель и победитель рогатого чудища! – провозгласил рыцарь, приняв горделивую позу. –Я сейчас своею пятой попру…

– Постой! – завопил я, увидев, что он собирается немедленно воплотить свои речи в дело. – Они же грязные… Помоги… те выбраться.

Улюлюм вздрогнул и посмотрел на меня.

– Ага… – изрек он после непродолжительных раздумий. – Улюлюм – Великий Сокрушитель и спаситель несчастных жертв рогатого чудовища.

– Помогите выбраться, я застрял между рогов. – Улюлюм решительно выхватил меч и ударил.

После второго удара до него дошло, что мечом быстро перерубить толстенный рог не удастся, а до меня – еще пара ударов, после чего я уже не смогу поблагодарить его за мое спасение. Лично, по крайней мере.

Вбросив меч в ножны, Улюлюм изменил тактику. Он ухватил меня за ноги и потянул. Затрещав отложениями солей, ребра выдавили из легких весь воздух, который в них находился.

Яростно вырываясь из убийственной хватки, я извернулся и выскользнул из плена рогов.

Избавитель рывком поставил меня на ноги и покровительственно похлопал по плечу, явно намереваясь вернуть в горизонтальное положение.

– Ваур?! – удивился Тихон, не разжимая сжавшихся на носорожьем хвосте зубов. Когда он успел вцепиться в него?

– Что это за тварь? – поинтересовался Улюлюм, вновь схватившись за меч. – Мутант!

– Это Тихон, – поспешно сказал я. – Мой де… а… домашний зверь.

– Не бешеный?

– Нет.

– Вонючий, поди?

– Сам ты… – возмутился было я, но тут же поправился: – Ты можешь понюхать – это не от него воняет

– А сам ты кто будешь? Надо же мне знать, кого я спас от смерти.

– Иван, – представился я. – А это, – указал на приближающихся валькирий и единорога, – это Агата, Ольга и Викториния.

– В честь Нарвалской принцессы? – полюбопытствовал победитель огромного шерстистого и при этом рогатого носорога.

– Да, – поспешно подтвердил я, не давая принцессе возмутиться.

– Воительницы, – уважительно склонил голову Улюлюм. Сняв помятый шлем и пригладив пятерней выбившиеся из‑под шитой жемчугом сеточки светлые волосы, он продемонстрировал белозубую улыбку от уха до уха. – Я Улюлюм – Великий Сокрушитель и победитель множества злобных тварей. Мой лозунг: «Сокрушитель – сокрушай!»

– Сокрушитель? – удивленно переспросили валькирии, показав, что мои услуги как переводчика не понадобятся.

Приняв недоумение за восхищение, самозванец (хотя мне почему‑то кажется, что в действительности совсем наоборот), принялся живописать свои великие подвиги и предвосхищать свое будущее величие.

Его раненый жеребец, попытавшись подняться, жалобно заржал и засучил копытами.

Оборвав нескончаемый поток лести по собственному адресу, Улюлюм подошел к своему коню и внимательно осмотрел его развороченный носорожьим рогом бок. Придя к определенному выводу, он выхватил меч и решительно занес его над головой.

Я как‑то не замечал прежде, что у коней такие выразительные глаза.