– Неправда, – едва слышно прошептала зеленоглазая валькирия. И голос ее дрогнул. Или мне только это показалось?

– Пусть привыкает, – нарочито грубо ответила ей подруга.

Я не стал выяснять, что они имеют в виду, лишь отложил возникшие вопросы в пыльные закрома памяти до благоприятного случая, когда можно будет исподволь прояснить их.

Тихон пристроился у правой ноги и поднырнул под мою раскрытую ладонь, требуя почесать растущий рог.

– Умничка… – сунув морковку в зубы, похвалил я демона.

При нашем приближении стражники напряглись, но на приветствие ответили и предложили эскорт.

– Места дикие, опасные, – пояснил седовласый копейщик. – Много злобного зверья и прочего таится в округе. Паразиты могут встретиться…

– Так я не один.

– Вауррр… – подтвердил свою готовность заменить по боевой мощи пару‑тройку воинов Тихон, демонстрируя отвратительный прикус острых как иглы зубов.

Но пускай вас не вводит в заблуждение не закрывающаяся плотно пасть – если демон вцепится во что‑нибудь, то не отпустит до тех пор, пока не перегрызет. Однажды из‑за этого едва не случился большой скандал… Прогуливаясь по городскому парку, Тихон за какой‑то одному ему известной надобностью просунул голову сквозь чугунную оградку. В это самое время эскорт правительственных машин, уткнувшись в перекрывающий дорогу пикет забастовщиков, решил миновать препятствие по окружной дороге. Роскошный лимузин, неповоротливый, как и все его излишне вычурные братья, чтобы развернуться, сдал назад, по недосмотру придавив бампером нос Тихона. Демон и ухватился за него зубами. Тогда‑то он помоложе был, может, и кусал не со злости, а думая, что с ним играют. Водитель попытался тронуть машину вперед – ни в какую, скользит резина по мокрой траве. Поднялся переполох. Охрана высыпала. Все с трубками, орут один одному, силовыми щитами машут, подкрепление вызывают и даже окопы порывались рыть. Едва не ввели военное положение. Через пару минут Тихон, сплевывая металлическую стружку, прибежал ко мне. И мы пошли домой. Его даже по Первому общеславянскому каналу показывали. Но благодаря нависающей над забором кроне каштана изображение, переданное со спутника, оказалось совершенно неразличимым. Я‑то сопоставил факты, но никому рассказывать не стал. А парк тот спустя неделю попал под внеплановую застройку и еще через пару дней превратился в нагромождение стройматериалов. Горы песка, кирпича и кособокая деревянная будка, сбитая из необструганных досок, с корявой надписью ядовито‑желтой краской: «М/Ж. Вход по одному». Можно подумать, туда возможно втиснуться вдвоем! А строительство там и по сей день идет…

– Воля ваша, – не стал настаивать на предложенной помощи ветеран, уступая мне дорогу.

Вот и хорошо: мне только телохранителей во время утреннего моциона не хватало…

Наклонившись, я прошел под согнувшейся от тяжести краснобоких яблок веткой. Не устояв перед соблазном, сорвал спелый плод и вонзил в него зубы. Сочная мякоть брызжет на губы пенным соком. Не похожи они на дикорастущие плоды. Я, конечно, не великий агроном, но этот СЗД не похож на Дикие пустоши, как назвала эти места принцесса. Разве что полоска прибрежных зарослей, состоящая по большей части из низкорослых ив, печально полощущих свои кудри в проточной воде, немного неухоженна. А среди плодовых деревьев даже кустарник растет систематизирование

– Ваур? – поинтересовался Тихон. Демоны с Ваурии не отличаются водобоязнью, но предпочитают обходиться тем количеством влаги, которое помещается в миске.

– Обязательно, – ответил я, раздеваясь и пробуя воду мизинцем ноги. – Прохладная.

Оставив одежду под надзором развалившегося вверх брюхом Тихона, я набрал в легкие побольше воздуха и решительно ступил в воду.