– Плось!!!

В голосе призрака, вынырнувшего в полуметре от моей правой ноги, прорвались истерические нотки. Так ведь и голос сорвать можно… А безголосое привидение – это звучит так же нелепо, как и безголосый певец. И ведь звучит! Не верите мне? Послушайте любой хит‑парад. По всем каналам они звучат, и имя им – легион. Почему? Это вопрос не ко мне, а к Вельзевулу – повелителю мух и продюсерам.

– Плось!!! – Либо желая сократить путь, либо надеясь таким способом застать меня врасплох и повторить свой давешний подвиг, либо по каким‑то своим, недоступным постороннему пониманию причинам, а может, просто отвыкнув перемещаться иначе, но беззубый призрак решил пройти перекрытие крыши насквозь, не утруждаясь топтанием по ступеням. Высунувшись по пояс, он, отбросив в сторону топор, протянул ко мне руки с длинными и грязными ногтями. – Не смей тлохать! Оно мое!!! – Я вздрогнул от неожиданности, но быстро взял себя в руки и вспомнил, с какой целью вошел в башню во второй раз. И искать не нужно, зверь сам на ловца выбежал.

– Буду бить, – честно предупредил я его о своих намерениях, для придания значимости словам опустив руку на рукоять меча. Знать бы еще, как воплотить сию угрозу в жизнь. Кибернетическая конечность самостоятельно приняла решение и сжала пальцы, вслед за этим онемев.

– Пло… Ой! – Тянущееся ко мне своими руками привидение внезапно преломилось в поясе. Едва я отдернул ногу, как его перекошенное то ли болью, то ли ненавистью лицо гулко ударилось о камень в том месте, где сохранился отпечаток босой ноги. Бом! Волнами всколыхнулась вековая пыль, расходясь кругами и медленно сползая по покатой крыше. Призрак изумленно крякнул и замер, являя взору шевелящиеся уши да белесый круг плеши, проеденной молью среди нечесаных косм.

– Что это с ним? – высунув из кармана свое синее лицо, поинтересовался джинн.

– Зацепился, – неуверенно предположил я. – Наверное…

– Чем?! – с полным на то основанием изумился житель серебряного сосуда, разведя руки.

Удержавшись от озвучивания рвущегося на язык ответа, я лишь пожал плечами. Тем более что предположение чисто гипотетическое, не имеющее под собой никаких оснований.

– Вах! Чудные вершатся дела на свете.

– В темноте еще чуднее… – буркнул я.

Уперев ладони в плиты крыши, призрак вернул телу вертикальное, с небольшим креном в моем направлении, положение.

– Плось! – Из беззубого рта вместе с криком вырвалось облачко пыли. – Кх!

Джинн принял этот крик на свой счет и поспешно нырнул в сосуд, бросив напоследок реплику:

– Пробочку вставь…

– Какую пробку? Куда ее вставлять? – Я задумался над советом джинна, не отрывая взгляда от призрака, пытающегося выбраться из плиты, в которой застряла нижняя половина его тела. – Такого способа борьбы со страшилами я не знаю.

– Мою пробку, – донесся из кувшина умноженный гулким эхом ответ. – На место…

– Так я ее проглотил.

– Зачем?! – В вопросе джинна звенело неподдельное изумление. – Ею же голод не утолишь.

Ответить я ему не успел, поскольку в этот самый момент призрак изменил тактику, и мне стало не до разговоров.

Дотянувшись до брошенного топора, неправильное привидение со скрежетом подтянуло его к себе.