Кайл вспомнил объект связи, повстанцев с поднятыми руками, и понял, что совершил чудовищную ошибку. Хонг был прав. Надо было расстрелять их всех, не щадя никого. За своих, за отца, за самого себя.

Кайл встал, оставил Мику записку и направился в Отдел по делам курсантов. Он прибудет к самому открытию. Может быть, они знают больше. Может быть, они в этом разберутся. А может, это просто ужасная ошибка. Да, это ошибка, и они всё прояснят.

На плацу было холодно. Освещённая лунным светом, статуя Палпатина отбрасывала длинную тень. Кайл шёл вдоль тени, столь же мрачной, как и его мысли.

Глава 4

«Звезда Империи» была два километра длиной и вмещала пять тысяч пассажиров, не говоря уже о многочисленном экипаже. Будучи собственностью транспортной компании «Хадж», она, как и остальные корабли компании, являлась дюрастальным свидетельством того, что семья Хадж умеет одновременно сохранять расположение Императора и поддерживать хорошие отношения с зарождающимся Альянсом. «Пусть в политику играют другие, мы будем заниматься перевозками», – любил повторять старик Хадж. Благодаря такому радушному нейтралитету клан процветал.

К Кайлу это не имело никакого отношения, однако напрямую касалось списка пассажиров «Звезды». На военно-транспортном корабле Кайл отправился из училища на орбитальную транзитную станцию Дорлон-2, где, вместе с множеством представителей других разумных рас пересел на добротный челнок.

Сидя рядом с торговцем-тви’лекком, инженером мон-каламари, парой техников-клатунийцев, наёмником-родианцем, непонятно чем занимающимся граном и представителями других, неизвестных ему рас, Кайл потягивал бесплатное вино и наблюдал из иллюминатора за растущей «Звездой». Все они, вместе с самыми разнообразными и специально приспособленными гуманоидами, родственниками и дроидами, составляли пёструю космополитичную толпу, очень необычную после четырёх лет пребывания на Кариде, где представители других рас были в диковинку.

Лайнер сверкал декоративными огнями, огромный ангарный док встречал их широко распахнутым створом. Казалось, челнок дрейфовал вперёд. Кайл с восхищением отметил точность, с которой включились двигатели заднего хода. А ему такое под силу? Вряд ли. Совершенство достигается только практикой, а у него, как и у других курсантов инженерного факультета училища, было меньше лётных часов, чем ему бы хотелось. Экипаж в скафандрах встречал пассажиров, дроиды сновали туда-сюда по делам, а мелкие корабли, многие из которых были в личной собственности богатых пассажиров, выстроились рядами и ревели двигателями. Зрелище завораживало. Не то, что каридский фрахтовик, который он пилотировал четыре прошедших года.

Чтобы закрыть док, создать избыточное давление и вывести из челнока пассажиров, понадобилось полчаса. Пассажиров первого класса члены вечно услужливого экипажа «Звезды» провожали до кают. Менее удачливых встречал один из дроидов-стюартов, который указывал им путь к небольшим, но уютным каютам.

Благодаря щедрости и политической смекалке семьи Хадж, Кайлу и ещё нескольким военным продали билеты ниже установленного тарифа – хитрый реверанс в сторону имперских офицеров. Каждый сам тащил свой багаж по бесконечному лабиринту вестибюлей, коридоров, проходов к палубе со странным названием «Звёздная», где в каютах не было иллюминаторов, а машинное отделение располагалось прямо за переборкой.

У Кайла была крошечная одноместная каюта, которая после четырёх лет в общежитии казалась просто дворцом. Менее часа ушло на то, чтобы принять душ, распаковать вещи и проверить терминал. Ознакомившись со схемами палуб, Кайл решил, что для таких бедняков, как он, как раз предназначена «Наблюдательная» палуба. В отличие от большинства ресторанов и клубов она была бесплатной и, если верить постоянно обновляемой информации, оттуда открывался исключительный вид на Дорлон-2.