— Хам ты Найденов! — Укоризненно покачала головой Кира — Женщине вообще столько лет, на сколько она себя ощущает! Так что мне всего…

— Кира! Я тебя очень прошу, прямо умоляю! Заглохни хоть не на долго, пожалуйста! — Вежливо попросил я свою девушку — Не начинай!

Через три часа ангар снова гудел, но уже иначе. Не как зал для брифинга, а как сердце машины: лязг креплений, щелчки замков, проверка оружия, возня техников вокруг десантных ботов, запах озона.

Десантники занимали свои места, техники таскали ящики, где-то ругались матом, где-то смеялись. Обычный передвыходный бардак.

Я стоял у трапа, проверяя свой новый скафандр. Федя уже привычно распределился по поверхности моего тела, биоброня была в полуактивном режиме, внутренние индикаторы выдавали сухую статистику:

Адаптация: 67/200.

Статус: режим «полевая операция».

Проходящие мимо десантники заинтересованно разглядывали мой биоскафандр.

— Вот это бронька… — протянул один из молодых, с узкими глазами и наглой физиономией. — Товарищ командир, нам такие, когда завезут?

— Сначала проверим на командире, — мрачно отозвался Заг. — Если выживет — возможно, тебе тоже кусочек выдадут.

— А это не заразно? — ещё один десантник, судя по ранцу на спине медик, осторожно покосился на меня. — А то вдруг: по плечу похлопал — и на утро проснулся с хвостом и щупальцем?

Федя заинтересованно шевельнулся. Сидеть, — мысленно сказал я. — Это наши. Их есть нельзя. Даже если очень хочется. Ответом стало сдержанное, но послушное «понимаю». Молодец, учится.

— Обоим по два наряда! — Разговор прервала Кира — И спарринг со мной в тренировочном зале! Хорош трендеть, мы тут не на прогулке!

Оба десантника послушно заткнулись и мгновенно исчезли в недрах бота. Все десантники знали, с Кирой шутки плохи. Сама Кира поднялась по трапу, остановилась на ступеньке, уставилась на меня, и оглядела с ног до головы:

— Так. По шкале «насколько ты сейчас монстр» — это сколько? От одного до десяти?

— Где-то на «три с половиной», — пожал я плечами. — Могу усилить до «одиннадцать», если будешь и дальше задавать умные вопросы.

— Слушай, — вступил Заг, почесав шлем. — А он линяет?

— В смысле? — не понял я.

— Ну, живой же. Может, весной обновляется. Раки, пауки, насекомые да даже зайцы и панцири и мех меняют, может он тоже?

— Доживём до весны — посмотрим, — пообещал я. — А пока не грузи меня Заг, и без тебя в голове каша.

Бойцы хмыкнули, напряжение спало ещё немного. Шутки перед выходом — обязательная часть ритуала. Если никто не пытается острить, значит, всё совсем плохо.

— По местам! — рявкнул командир роты. — Проверка фиксации, гермы, каналов связи!

Десантный бот, в который мы грузились, был старым, проверенным «гробом с ручками». Таких мы теряли уже несколько штук, но именно эти модели почему-то любили и десантники, и пилоты. Простые, как сапог, и такие же надёжные.

Я поднялся по трапу последним, коротко кивнул техникам, проверяющим крепления, и лег на свой ложемент у борта. Замки ремней автоматически защёлкнулись на бронепластинах биоскафандра, Федя тут же подстроил нагрузку, распределяя давление так, чтобы мне не пережимало рёбра.