Сеть АВАК подсветила их как последовательность импульсов: «цель — цель — цель — блок, носитель поля — цель — координаторы — цель…»

«Оператор. Доступ к протоколу подтверждён. Рекомендация: перехват носителей стабилизации коридора. Нарушение целостности — обвал локального сегмента, частичное уничтожение эскадры вторжения».

— Перевожу, — хрипло выговорил я уже вслух. — Нам надо выбить из-под них подпорки. Денис!

Он ответил сразу:

— Здесь!

Я показал на центральный голограф — хотя на самом деле видел не его, а то, что было «за» ним:

— Сектор Дельта-три, пояса искажений. Там у них опорные узлы коридора. Если мы туда зарядим синхронный залп по координатам…

Я замялся — потому что координаты всплывали в голове сами. Цифры, углы, временные смещения.

— … вот сюда, сюда и сюда, — я ткнул в воздух, а тактический интерфейс, синхронизированный с моим визором, сам отметил точки на схеме.

Тимур присвистнул:

— Там же пустота. Даже фон почти нулевой…

— Там они, — отрезал я. — Носители стабилизации. Мы не увидим корпуса. Мы ударим по следу.

Денис стиснул зубы, но даже не попытался спорить:

— Орудиям главного калибра — подготовить залп по координатам! Лёгким батареям — режим форсированного огня по массе выхода! Перехватчикам — держать рубеж по границе орбиты, пока командир не отдаст команду!

Линкор послушно зашевелился. А сеть АВАК — напротив, замерла. Сжалась в ожидании.

«Оператор. Необходимо ввести биотехноидов в коридор.»

— Куда? — сорвалось у меня. — Вы серьёзно?

Кира дернулась:

— Чего в коридор? Кого?

— Их, — я кивнул вверх. — Магистра и его группу.

Сеть тут же усилила канал, выбросив в сознание понятную схему: семь крупных биотехноидов под командованием Магистра должны были выйти в гипер изнутри системы, пробить себе окно в коридор СОЛМО и, по сути, броситься под колёса несущемуся табуну. Не чтобы выжить. Чтобы стать «противотанковыми ежами» на их дороге.

Магистр отозвался спокойным, стальным голосом:

«Принято. Локальная группа готова к внедрению. Приоритет: сохранность оператора. Потери приемлемы».

— Мне не нравится, как вы это говорите, — пробормотал я. — Но ладно. Раз уж начали…

Я глубоко вдохнул. В горле стоял вкус металла — то ли от пересохшего воздуха, то ли от того, что симбиот ещё не до конца простил мне танцы с кодом самоуничтожения.

— Баха!

— Я! — отозвался он. — Я почти вычистил боевые системы…

— Не «почти». Делай, как в протоколе, который я тебе сейчас дам.

И я — дал.

Часть пакета, влитого в меня сетью, я просто перекинул дальше: у меня в голове сложилась связка «Баха — интерфейс — боевые искины», симбиот подхватил её и швырнул данные, как камень. Я почти физически почувствовал, как инженер у консоли чуть не рухнул, захрипел, а потом выругался:

— Да чтоб вас всех… Охренеть… Ладно. Понял. Понял! Делаю!

Кира на меня посмотрела так, словно впервые за всё время реально задумалась: «а точно ли этот человек ещё — человек?»

— Ты сейчас ему что в голову кинул? — осторожно уточнила она.

— Инструкцию по кастрац… — я споткнулся и поправился: — По изоляции кода СОЛМО. Только бы он успел. Без искина мы по этим… фантомам не попадём.

Сеть АВАК вспыхнула.