— Мы знаем, — спокойно сказал Заг и поднял оружие.

Он успел сделать всего два шага вперёд.

Слева и справа стены раскрылись, выпуская два автоматических блока подавления — похожие на боевые турели, только встроенные в саму плоть конструкции. Они раскрывались как цветы, формируя по три длинных ствола каждый.

И почти сразу начали стрелять. Коридорный бой по сравнению с этим был детским лепетом — турели били не импульсами, а пологими секторами реза, сметая всё, что попадало в линию.

Мы бросились кто куда успел. Я и Баха в сторону колонны — в мёртвую зону под уступ. Кира — вверх, на стену. Мы успели укрыться, но не потому, что мы такие резкие и быстрые, на это была другая причина.

Заг…

Он оказался ближе всех к турелям.

Первая очередь ударила по диагонали, и я увидел, как левая сторона его брони вспухла от перегрузки. В нее, словно нож в фольгу, вошёл длинный резак. Дошёл до внутреннего слоя. Прожёг.

Заг издал хрип. Он попытался уйти вправо — и в этот момент вторая турель накрыла сектор. Один из резков прошёл по его ноге, почти отрывая её вместе с биоброней скафандра. Его отбросило, он ударился спиной о стену, попытался встать — и не смог.

— Командир… — только и сказал он, пытаясь нащупать на броне гранату правой рукой. Левая висела безвольно.

— Держись! — рявкнул я, открывая плотный огонь по левой турели.

Она отреагировала мгновенно — стволы развернулись ко мне, начав давить огнём. Пришлось уйти за колонну.

Кира стреляла сверху, меняя позиции, но турели вычисляли её по вспышкам и каждый раз били почти на опережение. Её дважды едва не задело. Один резак прошёл так близко, что я видел, как по её броне прошла волна деформации.

Баха тоже не сидел без дела. Он уже вскрывал колонну странным инструментом, в который превратились его руки.

— Мне нужно шесть секунд! — выкрикнул он. — Держите их! Хоть одну отвлеките!

Шесть секунд в таком бою — как вечность.

— Заг! — крикнул я. — Ты как⁈

Заг вместо ответа выстрелил в правую турель, не точно, удар пришелся в стену рядом, хотя был он от неё всего в нескольких метрах. Очевидно симбиот настолько поврежден, что даже прицелится не в состоянии…

Турель развернулась на него.

— НЕ СТРЕЛЯЙ! — заорал я, но было поздно.

Удар. Ещё один. И третий.

Вся правая сторона камеры осветилась вспышками. Поток этих странных резаков накрыл Зага полностью. Его броня получила три критических попадания. Его отбросило в сторону, буквально под левую турель, где он рухнул на спину.

На моем визоре его скафандр светился ярко красным цветом и мигал аварийным режимом.

— Командир… — голос у Зага был ровным. Страшно ровным. — Уводи их.

— Нет! — взорвался я. — Поднимайся! Мы…

— Я не дойду, — спокойно сказал он. — И ты это знаешь. Глушу турель.

Орудие на его скафандре поднялось, и он дал длинную очередь в упор — прямо в ствол турели. Та качнулась, огонь сбился.

Этого хватило. Один из трех стволов деформировался, и тут же пол под турелями вспыхнул, будто по нему ударило молнией. Обе конструкции дёрнулись, погасили питание и провалились вниз, как будто их ударило током через позвоночник.

Но… Вместе с турелями обрушился весь левый сектор пола.

И Зага — вместе с ним.

Я успел сделать шаг. Два. Рывок.

Но он только посмотрел на меня через покрытый трещинами визор и усмехнулся. Провал был глубоким. Чёрным. И турели уходили вместе с ним, утягивая обломки, мусор и — Зага.

Он успел только коротко бросить:

— Дальше — сами…

И его поглотила тьма.