Пекарь вышел из-за прилавка с большой охапкой бумажных пакетов с хлебом. А потом мужчина – Квентин Тревизан – и молодая женщина ушли.

– Оголодали, наверное, – сказал по-французски пожилой мужчина, стоящий за мной в очереди. Я улыбнулась ему.

Я купила шесть круассанов, три булочки с шоколадом, два яблочных пирога и четыре багета. В холодильнике возле двери были выставлены только маленькие пачки апельсинового сока – такие дети обычно берут с собой в школу, – и я купила десять штук, немало позабавив пожилого мужчину.

Когда я пришла, за кухонным столом сидел мужчина в пестром шелковом халате, с айпадом в руках. У меня была доля секунды, чтобы «прочитать» его: лысеет, но не стесняется этого – волосы по бокам головы коротко подстрижены; очки сдвинуты на кончик длинного носа с узкими ноздрями; уши слегка оттопырены; худые волосатые ноги скрещены, пятка стоящей на полу ноги двигается вверх-вниз, словно у него в голове играет какая-то песня.

Висящая под потолком решетка с надписью «Eurokill» внезапно зашипела.

Он поднял глаза.

– Лулу! – с энтузиазмом воскликнул он. – Встала – и сразу за дело! Ты чудо. Я Фил. Муж Ребекки. – Он встал, поплотнее запахнув полы халата, и протянул мне руку через стол.

Устройство на стене издало еще два коротких шипящих звука.

– Мухи, – сказал он. – Терпеть их не могу. А ты?

Я поставила сумку с покупками на пол у своих ног и пожала ему руку.

Он задержал мою ладонь в своей на долю секунды дольше, чем я ожидала, пристально глядя на меня.

– Тебе здесь нравится? – спросил он. – Разместилась с комфортом? Все как надо?

Я кивнула. Непривлекательный, но обаятельный, – по моим прикидкам, большая часть его жизненных успехов находилась на оси между этими двумя координатами.

– Замечательно. – Он отпустил мою руку. – Не позволяй моим женщинам издеваться над тобой. Вместе они еще то стихийное бедствие. – Он взял айпад и затянул пояс халата, собираясь уйти. – Если они начнут наглеть, обращайся ко мне, я с ними поговорю. Поверь мне, у меня многолетняя практика. Я тебя прикрою!

Три ночи в дороге – ну очень неспешная поездка. Чем он там занимался?

Улыбнувшись, я сказала «конечно», и что у меня все в порядке – все очень милые, да я и сама могу о себе позаботиться, я обожаю свою работу, готовка – моя отрада, и так далее, и что мне повезло оказаться здесь.

Я открыла холодильник и потянулась за маслом.

– А еще, ради бога, пользуйся бассейном, – сказал он уже у дверей. – Mi casa es su casa.

От электрической мухобойки вновь донеслось шипение.

Я вылила апельсиновый сок из пачек в графин и выложила масло и джем на маленькие тарелочки. Кофеварка была капельной, с кувшином для готового напитка и емкостью для воды. В буфете нашлись фильтры и банка молотого кофе.

Вода еще сочилась через фильтр, когда на кухню пришла Ребекка. Она взяла чашку и кувшин, налила себе кофе.

– Ой, прости, – сказала она, когда кофеварка обиженно зашипела. Сегодня она надела оранжевое бикини с волнистой кромкой и белое платье-халат, горловину и рукава которого украшали пушистые марокканские кисточки. – Выглядит чудесно, – сказала она, обводя рукой стол. – На завтра надо купить фрукты и йогурт. Напомни мне внести их в список. – Когда я поставила кувшинчик с молоком на стол, она спросила: – Позавтракаешь с нами?

В это мгновение на террасу неспешным шагом вошел Фил, на этот раз одетый. На нем были открытые кожаные сандалии, лососевого цвета шорты и облегающая темно-синяя футболка с маленькой эмблемой над левой грудью.