Я приблизилась, ожидая увидеть что-то наподобие фигурки из глины, но нет. На коричневом с темными вкраплениями листе одними чернилами были нарисованы два силуэта, от которых, будто вырываясь из самих тел, устремлялись навстречу друг другу вороны и бабочки. В отличие от остальных экспонатов, целью этой картины не было превознести одного и очернить другого.

– Видишь, я не соврал тебе про храмы. Большинство этих предметов из них.

– Это… – Я оглянулась. Я все еще не могла поверить в то, что видела. Все эти лица… – Ужасно.

Моя реакция развеселила Морана. Может быть, я и была слишком резка, но увиденное поразило меня.

Люций подошел, облокотился на бюст, изображающий меня.

– Итак, ты уже заметила, что на многих картинах ты пронзаешь меня мечом? – Не дождавшись ответа, он продолжил: – Считается, что ты, жертвуя собой, проткнула мое тело клинком и утянула меня вместе с собой в портал. Мы оба умерли, а потом я возродился из тьмы и вернулся в этот мир. И кстати, я ничуть не удивлюсь, если, когда новость о том, что ты жива, распространится, появится продолжение истории: святая Сара вернулась, чтобы навсегда избавить мир от ужасной тьмы. То бишь от меня.

– Первая часть истории правдива?

– Нет. – Чуть задумчивее он добавил: – Не полностью. Если тебя это порадует, то мечом ты меня не пронзала. Но… – Люций поднял указательный палец. – Между прочим, твой брат много раз пытался. Чужими руками. У самого смелости не хватало встретиться.

– Почему Фредерик хотел это сделать?

– Это ты мне сама скажешь, Сара. – Он вдруг приблизился и прошептал: – Когда все вспомнишь. А еще я жду не дождусь, когда ты вернешься в свое тело… Что ж, наверное, нам пора.

Див прошел к потрескавшимся деревянным дверям и открыл одну из створок. По ту сторону оказался лес, но редкие деревья лишь обступали строение, а сразу за ними виднелись стены крепости. Окна помещения были занавешены белой тканью, поэтому я до сих пор даже приблизительно не понимала, в какой части форта нахожусь.

Осмотрев в последний раз покрытые пылью вещи, я ощутила смешанные чувства. Зачем надо было собирать это все в одном месте?

Перед тем как затворить за собой дверь, я мазнула взглядом по очередной картине, что стояла на полу, прислоненная к стене, – на полотне, нарисованный тушью, в клубах черного дыма извивался змей.

Я спустилась по ступенькам, понимая, что строение, в котором мы побывали, напоминало формой и размером беседку. Обычно подобные места использовали для поклонения богам света и тени. При богатых поместьях часто строились подобные сооружения.

Не оставалось сомнений в том, что крепость, в которой теперь располагался Северный орден, раньше принадлежала людям. Порой об этом говорили детали вроде фресок с изображением воинов в тяжелых доспехах, а иногда, наоборот, их отсутствие – слишком аскетичная обстановка, в которой не находилось намеков на долгую историю обители даэвов.

Что стало с прежним домом Морана?

Среди верхушек деревьев, на небосводе, уже медленно таяла в предрассветных лучах луна.

– Твоя сила… Она изменилась после того, как ты прикоснулся к кристаллу? – Я вспомнила языки тьмы на его коже.

Люций обернулся. Сбоку от него виднелась крепостная стена, что шла напрямик через лес, а чуть дальше от нас, все так же прячась среди деревьев, высились над землей плоские камни. Это было кладбище.

Даэвы предпочитали сжигать тела, но прах не всегда развеивали по ветру, порою его закапывали, прикрывая погребальными камнями. Со временем эту традицию переняли и люди.

– Изменилась, – признался Моран.