В ходе подготовки преступной комбинации проявлялся режиссерский дар Соньки. Она обладала несомненными артистическими и режиссерскими способностями. Скоординировать работу статистов, которых она нанимала на Хитровке и одесских окраинах, стоило немалых трудов. Малограмотная, темная публика, не видевшая красоты изящной аферы, желавшая только одного — забрать обещанные деньги и бежать в ближайший трактир. Какой же властью она обладала над этой серой толпой?

Многие исследователи российского криминального мира XIX столетия отмечают харизматичность личности Софьи Блювштейн. Она обладала странной властью над людьми. С одной стороны, это было похоже на последовательность тонких, тщательно просчитанных ходов профессионального психолога. С другой — гипнотическое воздействие. Не исключено, что Сонька умела вводить людей в заблуждение, используя приемы гипнотического воздействия. Во всяком случае, жертвы ее афер проявляли необъяснимую доверчивость и сговорчивость — там, где любой трезвый человек явно бы насторожился и даже встревожился.

Где она этим приемам обучилась? Наивно полагать, что навыки манипуляции человеческой психикой Соньке могла преподать Юлия Пастрана, которая, по некоторым сведениям, была неграмотна и даже слабоумна. Нет, учителя у Соньки были людьми отменного, острого ума. Они отличались невероятной предприимчивостью и бесстрашием.

Попав в уголовный мир мужчин в совсем юном возрасте (не старше 18 лет), Сонька не просто в нем выжила, но возглавила преступное сообщество, превратилась в его легенду, в его знамя. Значит, уместно предположить, что она училась воровскому ремеслу у мужчин — воров на доверии, хипесников, налетчиков, грабителей. Но почему в таком случае мы не видим ни одной яркой фигуры рядом с Сонькой? Кто мог хотя бы приблизиться к ней по остроумию и дерзости задуманных и проведенных комбинаций? Хотя бы единственный пример! Нет его. А есть лишь беспринципные, очень недалекие мужчины, окружавшие в то время Соньку, у которых она вряд ли чему могла научиться.

Так и хочется сказать — рядом с ней был невидимый мудрый учитель, руководивший ее поступками. Но такого учителя не существовало. Либо мы не знаем ничего, что могло бы подтвердить (или опровергнуть) эту гипотезу.

Молва наделила Соньку множеством талантов. Одним из них было владение игрой на… фортепиано. Якобы именно из-за виртуозного владения инструментом Сонька и получила свою кличку — Золотая Ручка. (Заметим — эту гипотезу выдвинул блистательный писатель, драматург и режиссер Виктор Мережко, написавший одну из лучших книг о Соньке и поставивший по этой книге многосерийный фильм.)

Вряд ли это могло быть на самом деле (данное утверждение нисколько не принижает достоинств работ Мережко, писатель имеет право на вымысел и на собственное видение истории). Об образовании Соньки нет никаких сведений. Но если бы она училась в школе или, тем более, в женской гимназии, то это не прошло бы мимо внимания следователей, распутывающих дела об аферах Соньки. И в годы наибольшего распространения мифов о похождениях Золотой Ручки обязательно нашлись бы ее одноклассницы. Но таковых не оказалось.

Ремесло фортепианной игры (а речь идет о филигранной, виртуозной технике владения инструментом) требует длительного обучения. Редчайшие примеры великих самоучек, например, Чарльза Спенсера Чаплина, освоившего игру на скрипке и форте-пиано в детстве, лишь подчеркивают общее правило. Осилить эту школу самостоятельно по силам только гениям. Сонька таковой не была. В противном случае мы бы знали о великой пианистке, которая попутно грабила бы доверчивых ювелиров. А в мифах о Соньке игра на фортепиано даже не упоминается.

И все же возникает вопрос — какое образование получила Софья Блювштейн, если знала множество языков и обладала обширными познаниями деталей светской жизни? Ответ может лежать в иной плоскости, нежели можно предположить.