— В этом-то и дело, — Артур с улыбкой посмотрел на Источник. — Мне почти пятьдесят… Другой сказал бы, что я уже давно растратил свой потенциал и лучшие годы на развитие. Но рядом с ней… с Катариной я чувствую себя мужчиной. Она никогда не упрекает меня. Нахваливает, подбирает одежду, подсказывает в тех делах по «Поцелую Фортуны», где я сам теряюсь. Идя на любую конференцию или переговоры, я всегда чувствую её незримое присутствие. Мой тыл всегда прикрыт… Как мужчина, я могу сказать, что это потряса-а-а-ющее чувство. Будто имеешь поддержку целого рода, а не одной прекрасной дамы.

Целитель вдруг расхохотался. Его могучий смех эхом отразился от стен домов.

— О Матерь Чудовищ! Как же я сегодня, наверное, был смешон в её глазах… Мы гуляли, я в порыве чувств сделал ей предложение. Дальше мои руки полезли, куда не надо, и вот теперь я сижу тут с вами, Довлатов. Даже как-то боязно сводить след от пощёчины.

— Эм-м, а Катарина?

Целитель сразу же напрягся.

— Сказала, что «не может дать ответ сразу». Дела рода, какого-то там Дома… Она так волновалась, что я так и не понял, о чём вообще речь…. Вот и подумал, что может ты, Довлатов, в курсе?

Смотрю на целителя и охреневаю! Со свадьбы Персефоны ещё и недели не прошло, а тут ещё два голубка нарисовались. Может, я афродизиаки вокруг себя распространяю⁈

— Ну-у-у, что тут скажешь, — улыбнувшись, указываю целителю на щеку. — Судя по вашей идиотской улыбке, вы и сами уже знаете ответ Катарины. Поздравляю с тем, что нашли друг друга.

Видимо, Катарину придётся отпустить со службы в «Романов и КО». Таковы правила аристократов. Либо она уйдёт в семью мужа… либо Артур Гаус вольётся в нашу дружную компашку.

…

Ранним утром мне, наконец, выписали новый пропуск студента-второкурсника Мискатонского Университета. Едва получив кольцо-пропуск, я направился в Запретную Библиотеку. Пора уже узнать, чего ради Язва и Аталанта приходили в Аркхэм.

Внешне здание Запретной Библиотеки не казалось таким уж необычным. Эдакая бетонная коробка высотой в три этажа… способная выдержать даже прямо удар архимага [8]! Фасад отделан аномальной древесиной живодрева. У этой дряни, даже после распила на доски, сохраняется своя аура. Сотни защитных и сигнальных артефактов вкопаны в землю. Ещё большее их количество вмонтировано в стены.

Тамбур-комната на входе просканировала моё кольцо студента, выдав первый зелёный сигнал.

«Отсутствие скрытых пространственных хранилищ», — второй зелёный огонёк.

«Проверка личности по слепку ауры», — третий зелёный сигнал загорелся с запозданием.

Только после этого мощное защитное поле на входе спало, открывая путь к входным дверям Запретной Библиотеки.

На ресепшене старая, как сам Аркхэм, леди ещё раз проверила пропуск. Волосы цвета серебра, глубокие морщины. Даже несмотря на услуги целителей дама откровенно дышала древностью.

— Я хотел бы прочесть манускрипт безумного араба Аль-Хазреда.

— Третий отдел Таинственности, — ответив, леди выразительно приподняла бровь. — Кого-то слабее учителя [3] туда запрещено пускать. Но вижу, вы и в этом хороши, молодой человек. Ах, какое у вас милое личико! Давно к нам такие красавчики не заходили.

— Отдел Таинственности?

Леди кивнула, улыбаясь.

— Книги, которые сводят с ума, иначе как таинственными не назовёшь. Каждый год находится минимум пара умников, умудряющихся подделать свой ранг… После поимки им уже одна дорога. Прямиком в клинику для душевнобольных.

Серебровласая сокрушённо покачала головой.

— Все думают, что найдут в книгах великую мудрость, но порой знания становятся для них непосильной ношей.