Она сдается и забирается в машину.

Захлопнув дверь, обхожу машину и кладу цветы на заднее сиденье машины, радуясь тому, что давно минули те времена, когда свою первую “Ладу” мне приходилось прогревать пятнадцать минут, и это в том случае, если она вообще завелась после ночи в минус двадцать. Салон “Мерседеса” прогрет автозапуском настолько, что в лицо впиваются иглы.

Толкнув передачу, плавно вливаюсь в вечерний трафик.

Глава 35

Наши дни

Руслан

– И что это значит? – глядя перед собой, требует моя пассажирка.

Заняв парковочное место на стоянке перед своей многоэтажкой, глушу мотор и отвечаю с долей хренового веселья:

– Ты не можешь считать меня настолько тупым.

Привезти ее в свою квартиру под предлогом обещанного сюрприза было бы неповторимой тупостью. Примерно такой же, как пообещать девушке сюрприз, а потом показать ей свой член.

– Может быть, я тебя плохо знаю, – пожимает она плечом.

Очертив глазами ее профиль, чувствую, что она жалеет о сказанном, будто коснулась темы, которая может стать для нас слишком скользкой. Любая тема хранит в себе опасность для нее и для меня, но я готов окунуться в любую, если ей этого захочется.

– Не думаю, что за три года настолько изменился.

– Тебе лучше знать.

– Оля, – вздохнув, киваю на нее подбородком. – Отстегни ремень и выйди из машины.

Стрельнув в меня глазами, выполняет просьбу. Три минуты спустя придерживаю для нее дверь и пропускаю вперед, следом заходя в холл. На ее лице вселенский скепсис, и он заставляет меня улыбаться самому себе, особенно когда подталкиваю ее к лифтам.

Я выбираю семнадцатый, и это примерно две с половиной минуты, которые я посвящаю тому, что разминаю шею и кисть, сбрасывая напряжение в прооперированной руке.

– У тебя здесь что, еще одна квартира?

– Нет.

– Я уже сгораю от любопытства, – фыркает.

Молча следует за мной, когда выходим из лифта и сворачиваем к пожарной лестнице. Два пролета вверх, и я нащупываю в кармане куртки ключи.

– Боже… – слышу за спиной. – Ты серьезно?

– Да, – торможу у двери и, окинув Олю взглядом, велю. – Застегнись.

– Черт… – шепчет, принимаясь за пуговицы на своей шубе.

Я делаю то же самое. Застегиваю куртку под самое горло и открываю дверь, ведущую на крышу. Мы собираемся далеко не в космос, но уличная температура здесь ощущается гораздо острее, чем внизу, да и ветер тоже.

Он свистит со всех сторон, и поначалу это может дезориентировать.

Держась за спиной, Оля хватается за мою куртку и тормозит, когда делаем не больше трех совместных шагов.

– Чернышов… – ее голос похож на тонкий визг. – Я не пойду… я назад…

Смеясь, захожу ей за спину и обнимаю, прижимая к себе одеревеневшее тело.

– Я не пойду… – вцепляется в мои руки у себя под грудью.

Ее макушка прямо под моим подбородком. Опустив голову, прижимаюсь губами к ее уху:

– Дойдем до антенны, и все.

– Руслан…

– Смотри только вперед, – почти касаюсь губами ее щеки.

Она вжимается в мою грудь. Вжимает голову в плечи и стонет, когда заставляю сделать шаг вперед, потом еще один. Ее ладонь сжимает мой кулак, в котором зажал пояс ее шубы. Меняю местами наши руки, и накрываю ее ладонь своей.

Для подобных прогулок погода – просто адское дерьмо, ветер забивает уши, но чем дальше мы продвигаемся, тем шире становится угол обзора.