|
В продолжение каких-нибудь пяти минут можно было думать, что оба они встретятся у антиподов; но вскоре они одновременно повернули вспять, с тем же безошибочным чутьем и с той же точностью, что и в первый раз. Подобно двум тучам, гонимым в одной и той же небесной сфере противными ветрами и мчащимся друг на друга вслед за своими зоркими разведчиками - оторвавшимися от них темными клочьями, оба противника на сей раз встретились лицом к лицу, твердо решив скорее тяжко оскорбить друг друга, нежели отступить хотя бы на один шаг. Более порывистый, по всей вероятности, чем тот, кто шел ему навстречу, обладатель белого пера не остановился у канавы, как в те разы, а перепрыгнул ее и заставил отпрянуть противника; тот, застигнутый врасплох и несвободный в движениях - обеими руками он придерживал плащ, с трудом удержался на ногах. - Что же это такое, сударь, - воскликнул кавалер с красным пером, - вы с ума сошли или намерены оскорбить меня? - Сударь, я намерен дать вам понять, что вы изрядно мешаете мне; мне даже показалось, что вы и сами это заметили без моих слов! - Нисколько, сударь, ибо я поставил себе за правило никогда не видеть того, на что я не хочу смотреть! - Есть, однако, предметы, на которые, надеюсь, вы внимательно посмотрите, если они засверкают перед вашими глазами! Сочетая слово с делом, обладатель белого пера сбросил плащ и выхватил шпагу, блеснувшую при свете луны, в ту минуту выглянувшей из-за туч. Кавалер с красным пером не шелохнулся. - Можно подумать, сударь, - заявил он, передернув плечами, - что вы никогда не вынимали шпагу из ножен: уж очень вы торопитесь обнажить ее против человека, который не обороняется. - Нет, но надеюсь, будет обороняться. Обладатель красного пера улыбнулся с невозмутимым видом, что еще более разъярило его противника. - Из-за чего весь этот шум? Какое вы имеете право мешать мне гулять по улице? - А почему вы гуляете именно по этой улице? - Черт возьми! Ну и вопрос! Потому что так мне угодно! - Ах!.. Так вам угодно? - Несомненно. Вы-то гуляете по ней! Одному вам, что ли, дозволено гранить мостовую улицы Бюсси? - Дозволено или не дозволено, а вас это не касается. - Вы ошибаетесь, меня это очень даже касается. Я верноподданный его величества и ни за что не хотел бы нарушить его волю. - Да вы, кажется, смеетесь надо мной! - А хотя бы и так! Вы-то угрожаете мне? - Гром и молния! Я вам заявляю, сударь, что вы мне мешаете, и если вы не удалитесь, я сумею насильно заставить вас уйти! - Ого-го, сударь! Это мы еще посмотрим! - Черт подери! Я ведь битый час твержу вам: смотрите! - Сударь, у меня в этих местах некое сугубо личное дело. Теперь вы предупреждены. Если вы непременно этого хотите, я охотно сражусь с вами на шпагах, но я не уйду. - Сударь, - заявил кавалер с белым пером, рассекая шпагой воздух и вплотную сдвигая ноги, как человек, готовый стать в оборонительную позицию, - сударь, я - граф Анри дю Бушаж, я брат герцога Жуаез; в последний раз спрашиваю вас, согласны ли вы уступить мне первенство и удалиться? - Сударь, - ответил кавалер о красным пером, - я виконт Эрнотон де Карменж; вы нисколько мне не мешаете, и я ничего не имею против того, чтобы вы остались. |
